Писательница по вызову

Наглый, высокомерный хлыщ! Все говорили: «Анька, радуйся, Алексеев твои книги в бестселлеры выведет». А в итоге лишь сплошная критика и бесполезные придирки.

– Что в этот раз не так? – вспыхнула, словно лучина.

– А ты не видишь? – он достал из пиджака сигарету и беспардонно закурил.

– Что я должна увидеть? – терпение лопалось, словно раздувшийся мыльный пузырь.

Алексеев, ты за это ответишь!

– Ты писатель или я? – выдохнул голубоватый дым прямо мне в лицо.

Резко схватила со стола свою рукопись и стала листать.

Он же откинулся в кресле и довольно ухмылялся. Черный пиджак, идеально белая рубашка и шея, покрытая татуировками. Этот редактор больше напоминал бандюгана из преступной группировки. Его глаза неотрывно следили за мной, во взгляде не было и толики сочувствия. Лишь сарказм и жесткость. Говнюк!

– Ладно, – сдалась, пообещав себе отомстить, – так мы ни к чему не придем. Говорите, чего не хватает в книге, и я пойду дорабатывать.

– Это не так работает, Анечка, – новая затяжка, глаза хитро сощурились.

– Что от меня нужно? Переписать книгу? – смешно даже это произносить.

– Частично, – отрезал редактор.

Что он сказал? Я работала над ней полгода. Корпела, потела, старалась. А этот мужлан заявляет, что историю нужно переделывать?

– У тебя прекрасный слог, – вздохнул Игорь, – но не хватает эмоций. Ты же женщина, где страсть? Свои постельные сцены видела? Твоя новая героиня сама кого хочешь трахнет.

– Сильная женщина, – проскрипела я, пытаясь унять желание убивать, – вполне себе близко к реальности.

– Кому сдалась твоя реальность? Читая эротику, люди хотят, чтобы между ног все текло и вставало. Остросоциальная повесточка никому не нужна. Жизни хватает в жизни, Анюта.

Сжала руки, не веря собственным ушам. Всю жизнь боролась за то, чтобы мои книги воспринимали всерьез, закладывала туда идеи, мысли, собственные размышления. А тут появляется гений Алексеев и говорит, что эротические книги – это аналог порноканала? Не помню, как удержала себя в тот момент.

Игорь долгое время смотрел, затем вздохнул и протянул руку.

– Давай, я тебе объясню.

Взяв рукопись, редактор стал рассказывать, что в книге не так. И чем больше говорил, тем хуже становилось мне. Все звучало логично, жестко било по писательской самооценке и вызывало неконтролируемое желание покинуть кабинет, а лучше вообще сменить издательство. Но я никогда не заплачу и не позволю этому самодовольному мужику собой помыкать.