(Не) запретная для Альфы

На мужчине был идеальный серый костюм-тройка, пусть и промокший от внезапного ливня. Кудрявые волосы отрасли с нашей последней встречи. Леонард вдруг яростно зарычал и этот рык перекрыл даже мощный громовой раскат. Дочка же с любопытством рассматривала незнакомца.

– Какой грозный, – мужчина медленно подошел к коляске, а меня будто парализовало.

От него не исходило угрозы. Но почему?

– Весь в отца, – продолжал улыбаться монстр.

Придя в себя, я ринулась наперерез и собой закрыла детей. Было плевать, что вся промокла и замерзла, не позволю ему навредить им.

– Что вам нужно? – спросила, набравшись смелости.

Он пробежался по мне взглядом, задерживаясь на лице, затем на волосах. От этого мне стало не по себе, а по телу побежали неприятные мурашки.

– Вы изменились, миледи. Повзрослели. Я на всю жизнь запомнил ваши почти белые локоны и яркие глаза, когда вы ставили лордов на место на моей комиссии.

Я молчала, поджав губы. Томас Винтер говорил то, о чем размышляла уже долгие месяцы, но боялась признаться самой себе. Конечно, мужчины обращали внимание и порой предлагали встретиться после моей смены в кафе, но внутри что-то надломилось три года назад. Больше не хочу страдать. Такой боли просто не вынесу.

– Не плачьте, ваш истинный уже рядом. Но берегитесь, – вздохнул Томас Винтер, – Агата Уайтберд теперь знает, где вы прячетесь.

– М? – я опустошенно смотрела на врага из своего прошлого.

– Вы же в курсе, что две особи могут иметь детей только, если оба являются носителями гена Ви?

– Но я человек.

– Конечно-конечно. Но знаете, за всю историю сосуществования людей и оборотней был лишь один случай, когда волчица родила ребенка от человека, – Винтер взглянул куда-то вдаль, – и это произошло в нашем родном городе.

– О чем вы…

– Чудо, говорю, – он улыбнулся уголками губ, – рождение этих близнецов не иначе как настоящее чудо.

Дождь уже не был таким сильным, но холодные капли все еще неприятно касались кожи. Ученый одарил близнецов улыбкой, вызвав явное недоумение Леонарда. Малыш засверкал желтыми глазами, и Винтер демонстративно попятился.

– Защищай маму, будущий альфа, – мужчина сунул руки в карманы промокших брюк и двинулся прочь, а затем обернулся и помахал нам рукой.

Я схватила коляску почти в охапку и бегом рванула домой.