Волк

Напротив, на плите всегда стоял горячий, вкусный ужин, а в шкафу я находил стираные и выглаженные вещи. Когда только эта хрупкая на вид девушка всё успевала, не надо забывать, что, Катя тоже работала. Сейчас у неё была новая блажь, она затеяла ремонт. Получив свою первую не очень большую зарплату, Катя накупила обоев и краски и уже вторую неделю практически одна делала ремонт. Когда тренировки закончились, я стал приходить раньше и смог по вечерам помогать, но всё-таки основную часть работы она делала сама.

Катя оглянулась и, наконец, увидела меня.

– Дима, уже вернулся, давно тут стоишь? – я подал Кате букет.

– Я недавно пришёл, давай я сейчас переоденусь и тебе помогу.

– Не надо я на сегодня закончила. Давай прими душ, переоденься, а я пока обед разогрею.

На кухне, уплетая вкуснющий Катин борщ, я рассказал ей про Стива.

– Какой ужас! – не разделила мой восторг Катя, – тебя могли убить.

– Пустяки, у меня всё в порядке, ничего же не случилось.

– Конечно, ничего не случилось, а сломанное ребро, что не в счёт?!

– Ребро – это ерунда, через две недели я про него и не вспомню, зато я помог хорошему парню.

– Всё, всё! Вас мужчин не заставишь быть осторожными. Ты лучше мне скажи, какие у тебя планы до субботы?

Узнав, что Волк дал мне два выходных и до субботы я свободен, Катя радостно захлопала в ладоши.

– Здорово, тогда завтра с утра начнём обклеивать гостиную, ремонт почти закончен, но там потолки высокие и мне одной не удобно.

Притворно вздыхая, и пытаясь вызвать сочувствие у Кати, я жалобно спросил:

– А как же ребро? Оно между прочем болит.

– Подумаешь ребро, ты же сам сказал, что пустяк, вот завтра и посмотрим, как тебе понравится работать с этим пустяком, – безжалостно подначила Катя.

Я понимал, что, пытаясь показаться безразличной, она просто прячет свой страх за меня. Притворно ахая и вздыхая, я помог Кате вымыть посуду и, решив, что на сегодня хватит, мы отправились смотреть телевизор с твёрдым желанием лечь пораньше, чтобы завтра пораньше приняться за работу.

– Вставай, соня, кто рано встаёт, тому бог подаёт.

Проворчав что-то не членораздельное, я с головой забрался под одеяло. Не вышло.

– Вставай! Кому говорю.

Тон Кати стал угрожающим, когда она стянула с меня одеяло.