Дом со звездной крышей

Увидев бутылки, Кира мгновенно принесла из дома бокалы, хлеб, многочисленные пиалы, салатницы и кастрюльки с чем-то аппетитным. Костя обратил внимание, что Йованка поставила на стол целую гору тарелок, так словно здесь намечался пир человек на пятнадцать, двадцать. Но прежде чем мужчина успел спросить об этом Киру, к их столу подошла молодая женщина. Она гордо поставила перед собой огромную кастрюлю с борщом и предложила всем попробовать ее сегодняшний шедевр.

– Аня, – представилась она, в упор глядя на Костю, – я из Питера, а ты?

– Костя, из Москвы, – весело ответил мужчина, с интересом разглядывая новую знакомую.

Красивая, с искрящимся бронзовым загаром, как у Киры, густыми каштановыми волосами и огромными глазищами в пол-лица. Она говорила уверенно и громко, много смеялась, остро и колко шутила.

Через несколько минут после Ани к столу подошел худощавый, острый и нескладный черноволосый юноша лет шестнадцати, семнадцати. А следом с третьего этажа дома спустилась девушка. Тоненькая, как молодая березка, она легко бежала по ступенькам, придерживая руками длинную, широкую юбку, подол которой то и дело наполнялся ветром и игриво взлетал, обнажая стройные загорелые ножки.

– Это Милош и Лена, – шепнула Косте Кира. – Милош – племянник Йованки, мне кажется, он безнадежно влюблен в Лену. Ей девятнадцать.

Костя присмотрелся к Милошу, мальчишка был смешной, лопоухий, нескладный, как, в общем-то, все подростки. Но в этой угловатой нескладности уже угадывалась стать и порода.

Пройдет еще лет пять, и все девушки Черногории будут страдать по нему. Тогда он вероятно и не взглянет на эту невзрачную, худую девочку. Но сейчас… Сейчас он этого не знает. Костя улыбнулся и кивнул Кире.

Вслед за подростками к столу с разных сторон подошли еще несколько человек: французская пара, недавно заехавшая в гостиницу; сын хозяев, крупный широкоплечий мужчина, Марко; женщина средних лет за руку с пятилетним мальчиком.

– Что у них за праздник? – шепотом спросил Костя, не ожидавший оказаться в такой шумной и разношерстной компании.

– Праздник? – Кира засмеялась. – Никакого. Здесь всегда так.

Через полчаса Костя почувствовал, что оказался на семейном ужине, где были рады всем и каждому, где люди разных национальностей и возрастов легко могли найти общий язык. Собравшиеся говорили о солнце, лете и море, о Черногории, ценах на фрукты, о рынках, рецептах вина, ракии и сыре. Добродушно спорили о политике, громко и искренне смеялись.