Позывной «Химера»

 – Всё же развернувшись, Саша взглянул на ту, которая нравилась ему, и которую боялся. Она снова смотрела на него, будто оговаривая, и тёрла переносицу. – Какой то, вы не правильный, Александр. – Снова настало минутное молчание. Саша думал, как она могла узнать о картавости, может, его габариты её смущают. Всё пиши- пропало, не нравится он ей.

– Да что же вы такой, молчаливый? Скажите хоть что-нибудь!

– Что могу сказать? – Саша тщательно подбирал слова, чтобы не выдать своего речевого дефекта.

– Уже лучше, скажите ”Добрый вечер, Марфа”.

“Ну вот, теперь всё! Снова эта дьявольская буква, а главное в её имени! Вот досада!”. Но Саша не лыком шит, решил всё переиграть:

– Замечательно темнеет, не думаете так? – Марфа, остолбенела, она явно такого не ожидала, но придя в себя, она разразилась звонким смехом.

– Ох, Саша, Саша! Вы из любой ситуации выход найдёте. Да знаю я, что вы картавите! Ничего в этом ужасного нет. – Саша смущённо посмотрел на неё, немного подумав, всё же решил сказать её имя:

– Я очень лад, что вы знаете, Малфа.

– Я теперь думаю, нам нужно вместе на собрания ходить, а потом и о детях подумаем. – Марфа сильнее прижалась к нему и с этого момента они были вместе везде и всегда. Тогда, в его семнадцать лет, он почувствовал себя мужчиной, любимым мужчиной. А потом было Кровавое воскресенье…

Когда забастовка на заводе ничего не дала, Марфа яростно кружила по комнате:

– Как так можно? Им наплевать на нас, рабочих! А мы на этих заводах, не разгибаясь, пашем! Я устала от такой жизни! Устала от несправедливости.

– Веснушка, я с тобой согласен. Мне нечего добавить, но что же мы можем пледплинять?

Марфа с грустью посмотрела на Сашу, а он в этот момент почувствовал что то неладное:

– Нет, Малфа, не пущу! Все говолят, что плохо всё закончится! Нет! – Саша встал из за стола, где до этого вырезал по деревяшке портрет Марфы.

– Саша, но как иначе? Как нам достучаться до правительства? Они не хотят слушать, чтобы они не делали всё только хуже! Ведь не они работают на этих заводах, а мы. Только мы, рабочие, знаем всю суть проблемы изнутри, а не они! Разве ты не согласен со мной?

– Малфа, я согласен, но помимо чувства сплаведливости, у вас должно быть и чувство самосохланения!..