Конструктор миров: Золотой прогресс. Том 7

В центре стоял большой стол, стулья, а с левой стороны был установлен диван, кресла, небольшой маленький столик. Вся мебель и любые вещи здесь были полностью хрустальные. Справа стоял большой шкаф, неподалёку были два больших круглых аквариума с кристально чистой водой и небольшими рыбками, белого или светло-синего цвета, наряду с медузами.

К слову, эти медузы были практически прозрачны. В центре дальше был красивый хрустальный фонтан и ещё один стол с дополнительным комплектом из кресел и дивана.

Открытие этого мягкого вида хрусталя просто поражало и открывало возможности, реализация которых попросту не могла укладываться в голове. Прозрачные книги, мягкая хрустальная мебель! Это даже звучит крайне странно и непривычно. Стены же имели различные узоры из того же хрусталя, имелись и часы разных видов, и иные элементы декора, хоть и в крайне странном виде.

Но после тщательного осмотра, присутствующие заметили на столе одну отличительную книгу. Она была не хрустальной и этим она к себе и привлекла – это было продолжение «Графа Солитудо». Стоило им это увидеть, они словно про всё забыли и принялись за чтение…

8 мая 1859 год.

Изобретатель виконт Амет Уна вместе с графом Самуилом Муром стояли возле самолёта «Митра» вместе с жандармами, которых вызвал некий житель этой местности, обычный представитель черни.

– Господа, я вынужден попросить вас пройти со мной в Скотланд-Ярд отделение, вы арестованы, – провозгласил гордо офицер, не до конца расслышав слова графа и виконта, когда они называли свои личности.

– Погодите офицер, – граф достал из внутреннего кармана удостоверение графа и виконта. – Кажется вы совсем поняли мои слова, вот наши удостоверения графа Самуила Мура и виконта Амета Уна от имени Его Высочества, короля Островов Перпентуум, с удостоверениями наших личностей, разумеется, а также направление от паши Абдул Аль-Рахмана, который приравнивается герцогу о разработке секретного проекта.

Услышав это и поняв ситуацию, офицер начал задыхаться, в его глазах появился страх от неминуемой участи.