Конструктор миров: Смысл творения. Том 5

Эти слова обрадовали презентующего и он, изобразив из себя волшебника произнёс:

– Добрый путник, войдите в старый шатёр тайн, вы не поверите своим глазам, ждут вас впереди знаний каскад, будьте готовы – сказал мальчик с улыбкой, его были пропитаны детской наивностью и задором, что подкупило интерес профессора ещё больше. – Я – волшебник, что проведёт вас в мир новых открытий. Как мне к вам обращаться?

– Вадим – сказал профессор, совсем не заботясь о формальностях, почему-то хотелось почувствовать эту фантомную свободу, которая ускользает сквозь щели в пальцах.

– Отлично, дорогой Вадим, не желаете ли узнать, что же будет в будущем? – мальчик говорил очень чётко для своего возраста и чудно, словно настоящий волшебник.

Вадим Александрович приподнял уголки губ, чтобы казаться юному человеку более дружелюбным. В этот момент появился Василий Николаевич с бутылкой газированной воды и с пальто в руках.

– Что же вы, Вадим Александрович, пальто своё драгоценное забыли? – старший вдруг замер, в глазах мелькнуло глубокое понимание.

Пальто для Вадима Александровича было очень ценным, настолько, что он никогда не менял его даже в лютые морозы, а чтобы тот его забыл вдруг, такой случай мог показаться сказкой. Василий Николаевич лишь только прищурился и улыбнулся, эта улыбка была искренней и слишком доброй, так смотрят отцы на своих детей, которые сделали открытие. А для Вадима Александровича этот юный волшебник и был тем самым настоящим открытием.

– Простите, разрешите представить, Василий Николаевич Ульянов, мой коллега, также доктор филологических наук, профессор и по совместительству мой наставник – познакомил товарища Вадим Александрович. – А это юный инженер-конструктор, врач, будущий президент Узбекистана и по совместительству волшебник, а также его мама.

– Таким должностям даже я готов позавидовать – улыбнулся Василий Николаевич.

Их беседа активно продолжалась, а совсем скоро Вадима Александровича и Василия Николаевича позвали обратно, после чего они попрощались.

Он с его мамой уже ушли, но товарищи надеялись, что не так далеко.