Волверин

Волки что ли подойти удумали? Зима в этом году снежная, добычи серым мало, вот и тянуло их к жилью человеческому, мрачно подумал десятник, шагая к загону.

Гибкую фигуру, махнувшую через забор, он заметил прежде, чем тронул калитку. В пасти волка безжизненной тряпкой мотался ягненок из тех, что народились осенью. Наверное, кувшин забористого пива, выпитый в корчме, был лишним, иначе бы Марк обратил внимание на куда более крупный размер волка, а то и вспомнил слова шорника про поселившегося в лесу оборотня, но пьяная удаль ударила в голову.

– Стой, паскуда хвостатая! – рявкнул Ягре и побежал следом, воинственно потрясая топором.

Волк несся к лесу тяжелыми прыжками, припадая на переднюю лапу, а среди белого снега луна высвечивала черные провалы следов. Понимая, что догнать вора не выйдет, Марк со злости метнул в него топор – зверь отскочил в сторону, выпустил добычу и уставился на преследователя.

– То-то же! Иди обратно в лес! – крикнул десятник, нашаривая в снегу импровизированное оружие.

Однако волк застыл черной тенью в десятке шагов. Широкая грудь зверя ходила ходуном, брюхо словно пристало к спине, только желтые глаза горели решимостью. Ягненок был безнадежно мертв, и бросить бы его здесь же (все равно Марк собирался продать дом вместе с хозяйством и окончательно перебраться в Приграничье), но дорвавшийся до дармовой ягнятины серый разбойник запросто мог прийти еще раз. Взяв несостоявшуюся добычу за задние ноги, Ягре хотел, было, забросить ее на плечо, но волк, находящийся на другом конце прогалины, словно вырос из ниоткуда, ухватил ягненка за голову и потянул на себя.

– Отдай! – возмутился Марк, растерявшийся больше от нахальства зверюги, чем от ее внезапного появления.

Волк глухо заворчал, дернул лобастой башкой. Зато теперь Ягре сумел рассмотреть зверя до последней шерстинки: крупный, больше двух локтей в холке, с черной шерстью и подозрительно короткой мордой, он не мог быть обычным лесным охотником.

– Отдай, кому сказал! – замахнулся он топором. Даже если оборотень его задерет, мелькнула шальная мысль, никто не усомнится, что дозорный Марк Ягре погиб как мужчина.

Однако зверь разжал зубы, коротко облизнул оскаленную морду.