Лучезарная нимфа

Когда она попыталась погладить ногой его ногу, дернулся и, вскинув на нее глаза, проговорил:

– Клянусь, это больше не повториться!

– Можно подумать тебе не понравилось! – рассмеялась она

– Ты восхитительна Юлия, но все-таки это мерзко.

– Может быть, именно таких острых ощущений тебе не хватало, чтобы вернуться к жизни.

Она, заметив, что он перестал есть, скинула поднос с остатками пищи на пол, ничуть не заботясь последствиями своего поступка, подвинулась к брату вплотную, прижимаясь грудью к его обнаженной груди.

– Клеопатра перед тобой выглядела бы наивной девочкой, – усмехнулся он. Резко поднялся, призывая слуг, чтобы принесли ему одежду.

– Ты хочешь меня покинуть? – скривилась она, – Останься до утра. Я обещаю вылечить тебя от твоей хандры.

– У меня все в порядке, сестра, – возразил он, – А вот тебе явно не хватает общества. Желаю найти кого-нибудь в самое ближайшее время. И, пожалуйста, забудь все, что было.

Он быстро оделся, отвесив Юлии шутовской поклон, быстрым шагом покинул ее дом.

Морозный ночной воздух освежил пылающее лицо. Стыд это был или что-то иное… Его не отпускало чувство гадливости.

Марк ждал у входа, сидя на ступеньках и разглядывая звезды, по-зимнему крупные и блестящие.

– Излечила тебя, госпожа? – поинтересовался он, с усмешкой взглянув на хозяина, – Она, говорят, мастерица.

– Я думаю, она и тебе не откажет, – проворчал тот с брезгливой гримасой и тут же тяжело вздохнул. Вина за произошедшее, без сомнения, лежала и на нем тоже.

Поманив Марка, он быстрым шагом направился в сторону Каринн. Сегодня больше никуда – только домой, спать. Завтра предстоит уйма дел – еще раз проверить готовность лошадей и колесниц перед ристанием, настроить возниц на победу. А вечером общий сбор у хозяина мастерских, изготавливающих конную упряжь и колесницы, некоего Клавдия Авдея. Он приглашал на шикарный обед всех членов общества зеленых, их жен и даже возниц.

Глава 5 Ристание

По обыкновению, в первый день нового года, когда на арене Большого цирка проходили соревнования в честь избрания консулов, у Юлия Публия Гая с раннего утра собирались все его друзья и знакомые, и даже знакомые знакомых, чтобы обменяться подарками, поздравить друг друга, а потом вместе, веселой праздничной процессией, в сопровождении рабов и служанок, несших корзины с едой и подушечки для сидения, двинуться в цирк на представление.