Ключи Гекаты

Любимый, старый, бедный и больной,

Сиятельный, что держит ключ от мира,

Когда Гермес склонится над тобой,

Скажи ему: где струны, там и лира!

Когда Орфей нагнется над тобой…

XVI

Меж сфинксов выползающие змеи —

Их мальчиком играющим я видел

В футбол, когда играли мы в аллее

И сфинксы были как ворота поля.

Все было здесь занесено песком,

Заставлено постройками, все просто

И страшно было здесь, сейчас не так.

Так говорил хозяин ресторана,

Пока мы в нем сидели, «Нефертити»,

И молча наблюдали освещенных

Огнями, раскуроченных, живых,

Без пасти и без лап, без бока, целых,

Львов и людей, отчасти птиц, отчасти

И нас самих.

В немой процессии меж храмами Карнака

И древних Фив, а в наши дни – Луксора.

Шли годы и столетья, проходили

Эоны, пролетали между нами,

Как мяч, что попадал в ворота между

Двух сфинксов, как ползущая змея,

Чья шкура цвета пыльного пустыни,

Чешуйками отдельными ползет,

Но в миг из поля зренья исчезает.

XVII

И ведьма, и медведь, и краснолицый Марс,

И изумрудный Зевс, и рыжий рог коровы,

И ирбис, снежный барс, и каждая из нас,

Все слушают тебя и ко всему готовы.

Хрустальный стук дождя, асфальта оксамит,

И пицца, чтоб творить, и площадь, и палаццо,

Все слушают, что он сегодня говорит,

Не зная, где шутить, не зная, где смеяться.

Открой свои глаза, пускай войдет Гермес,

Крылатых ног его смешливый колокольчик

Звенит издалека, с седьмых летя небес,

Как мальчик и старик, как точка и укольчик.

Нет истины и лжи, нет правды и вранья,

Нет больше ничего, у обнаженной жрицы

Нет тела и лица, нет крова и жилья,

Но лишь колено есть, чтоб перед ним склониться.

XVIII

Те Черновцы, в которых никогда

Не побываешь, чёрный люк чугунный,

Волюты и розетки и вода,

В которой рог коровы виден лунный.

И оперы не ступишь на порог,

Границу между Летой и Аидом,

Тебя не тронет нежный ветерок,

Вокзал не удивит волшебным видом.

Там он родился двести лет назад,

И, может быть, поныне обитает,

Там грешная душа его летает,

Из рая в ад, из рая прямо в ад.

Листочки клейкие шумели за окном,

Березы и каштана и сирени,

Вся жизнь твоя была кошмарным сном,

Орфей, где чёрные кружились тени.

Понять – забыть – произнести – молчать.