Ключи Гекаты

VIII

И мята, и чабрец, и все, что здесь растет,

Все тянутся к тебе, что тих и незаметен,

Что рядом и везде, что будет и грядет,

Что прочь ушел опять, что выше всяких сплетен.

Раз слухи неверны, ты вышел из–за туч,

Окинул этот мир, его холмы и горы.

И глаз твой видит все, и духом ты могуч,

И освящаешь все – и мак, и мандрагору,

Черемуху, сирень, ромашки, васильки,

И синий эдельвейс, и радостный подсолнух,

Ты трогаешь рукой тычинки, лепестки.

И стебель и росток качаются на волнах

Того, что не назвать, купаются в любви.

Мелисса и чеснок, и кактус и лаванда.

Все ждут свой час – меня, меня скорей сорви!

И желтый львиный зев, и тот бамбук, что панда

Облюбовала, и нарциссы и пионы

Дай всем свое тепло, оставь мне только звук:

Смешок и плач, и стон, и шорох и трезвоны,

Журчание ручья, текущего из рук.

IX

Запачканной чернилами руки,

На свете нет и никогда не будет.

Орфей не развернется у реки,

И танец не закончится на блюде,

Что было – то прошло, узнай меня,

Когда я каплей упаду весенней

На кожу щек твоих, когда, маня

Раскроюсь лишним лепестком сирени.

Узнай меня в случайном пузырьке,

И в алыче— зеленой и незрелой,

В бегущем по асфальту ручейке,

В форели, в трясогузке, в ветке серой

И хрупкой, в ломком хворосте огня,

В напрасном ожиданьи, в вере в чудо,

В запачканной руке узнай меня,

И голову сложи сейчас на блюдо!

X

есть белая и черная богини,

они владеют ими или нами,

отчаявшись, являясь пред другими,

заведуя виденьями и снами.

извилистой мальтийскою тропою

выходишь ты на каменистый берег,

раскинулись террасы пред тобою,

но жарко, и московский летний скверик

встает перед тобою как спаситель,

перенесись туда, где от прохлады

проходит все. ты просто небожитель,

и больше ничего тебе не надо.

XI

Прозрачный звук, идущий с потолка,

Открытое окно и шум привычный.

Чего касается твоя рука?

Что значит шум и гам и шепот личный?

Где пена, там вино, пролей его

На стол и на себя, пролей степенно.

Алхимик не узнает ничего,

Где Афродита, там и моря пена.

Явись ко мне, сквозь темноту приди,

Тебя так ждут на этом перекрестке…

Вот лира, что приколота к груди.