Реликтовый мир

Мысль о том, чтобы повернуться и шагнуть в сторону впадины буравила мою голову нестерпимым зудом. Кажется, мышцы шеи сейчас лопнут, и зубы треснут от напряжения в стиснутой челюсти.

– Сюда, сюда, сюда… – уговаривал шепот сквозь грохот колокольчиков.

Я решил, что посмотрю на него одним глазком. От этой мысли стало легче. Я стал поворачивать голову, и тут мою руку сильно дернуло в сторону. Я упал на что-то мягкое и не мог пошевелиться, стиснутый сильными руками.

Звон колокольчиков неожиданно прекратился.

– Спасибо, – шепнул я и обнял свою спасительницу.

Немного посидев, мы набрались смелости подняться и двинулись прочь. Теперь пойдем к кораблю, забирая намного правее – подальше от зловещей круглой впадины. Может так путь к кораблю и будет дольше, зато чем больше расстояние между нами и стеклянным чудовищем, тем спокойнее.

Если судить по пеленгатору, то обогнув впадину, мы дойдем до корабля всего через каких-то триста метров. Я забрался на большой камень, чтобы изучить местность впереди. Сердце екнуло, когда я увидел вдалеке развороченный корпус. Приближение показало мне печальную картину корабля, разбитого на несколько частей. По крайней мере, пара кусков была довольно крупной, так что в них могло что-нибудь уцелеть. Отсюда мне не понять, какие это отсеки, нужно смотреть на месте.

Я убрал увеличение, и мое внимание тут же привлекла полоса ржаво-бурого песка, в которую переходили каменные джунгли с правой стороны. Мои виски вдруг сдавило, а звон в ушах стал громче. Покачнувшись, я чуть не упал с камня. Похоже, мое сотрясение опять дает о себе знать. Хоть бы в корабле уцелела медкапсула! Дана что-то обеспокоенно спросила.

– Все в порядке, я просто устал, – я попробовал успокоить спутницу жестами, но она все равно поднялась на камень рядом со мной, заглядывая мне в лицо.

– Вон мой корабль, – показал я рукой в сторону обломков. – Пошли.

Дана посмотрела на виднеющиеся вдалеке обломки, кивнула, и жестом предложила мне опереться на себя.

– Да все нормально, я могу идти, – показал я большой палец, и бодро зашагал вперед.

Чем ближе мы подходили к месту падения корабля, тем сильнее колотилось мое сердце.