Виноградная лоза. Сборник рассказов

Только её улыбка, я и стены вокруг нас.

– Хорошо подметили.

– Порой мне кажется, что только говорить я и умею. Вся жизнь – пепел, а поверх устелены фразы обещания, что этого никогда не произойдет.

– Красиво. Чьи это слова?

– Мои.

– Вы поэт?

– Писатель. Люблю по вечерам скоротать время написанием историй. Всю жизнь душа нараспашку – нужно было из этого что-то выжать.

– Почему вы не кушаете?

И правда: почему?

– Ой, заговорился.

Я посмотрел на тарелку: на одной из половин лежал овощной салат, на другой – кусок мясного пирога.

Инь-янь кулинарии, добро и зло – мясо и зелень. Все было замечательно. Не помню, когда так вкусно ел в последний раз. Наверное, на День Благодарения. С Яной.

– Ну как, вкусно?

– Мне очень нравится. Ваша мама чудесно готовит.

– О…Это я готовила.

– Ты серьезно?

– Да, мама часто задерживалась на работе, про папу даже не стоит говорить: вижу его реже падающих звезд. Так астроном Наташка научилась готовить не только космостарс.

– Помню, когда мои родители оставляли меня одного дома, а голод медленно подбирался, я любил делать себе тосты с арахисовым маслом.

Дело в том, что у меня была аллергия на арахис, но вот масло от этого хуже не становилось. Вот так и ждал родителей: довольный и опухший.

Я был полностью увлечен нашим разговором, едой. Но когда отвлекался от этого, все время смотрел на женщину с ребенком. На их трупную спокойность. Они ели маленькими порциями; могло показаться, что пища не покидала их тарелок. Возможно, так и было, и мне лишь казалось, что они кушают.

– Да, жарка овощей не так запоминается. Вина?

– Конечно.

Выпивать я любил. Знали бы вы, насколько…

Знаете, как обычно это бывает? В школьный период, будучи ребенком, ты наблюдаешь, как все – взрослые – жадными глотками пьют градусную жидкость. Иногда ты можешь подловить момент и сам попробовать. Так произошло и со мной, только вот я не остался доволен. Какая мерзость, как это можно пить? Лучше уж коки выпить. Но чем дальше, тем чаще мой интерес заставлял пробовать.

Потом это уже были не пробы, а выпивания. Потом – алкоголизм?

Так вот: выпивать я любил.

Часто эта любовь меня доводила до не самых лучших ситуаций. После моего знакомства с Яной пришлось всерьез задуматься о том, в какую яму я засел. Предо мной встал выбор: либо разливающееся по телу тепло, либо родной человек, который шепчет при свете утреннего солнца “Доброе утро, птенчик”. Я выбрал сердцем – выбрал Яну. Продержался два месяца, потом выпил.