Один из многих

Зал, заполненный нескончаемой болтовней, сливавшейся с музыкой и топотом бегающих официантов, чрезмерно освещенный, путал его. Дмитрий встал подальше и начал всматриваться в толпу. Как-то неожиданно преодолев порог бдительности, он провалился в задумчивость, совершенно забыв обо всем. О чем он думал? О девушке, разумеется.

Но вдруг мысли его прервала рука, которая фамильярно и мощно хлопнула его по плечу. Кавалергардов вздрогнул и, внезапно смутившись, выдернул плечо силой. Повернувшись, он скривил физиономию: перед ним стоял Немов, а позади Василевский и Беликов показывали на него пальцем.

– Дима, ты что ли? Здоров! Ты как здесь? Неожиданно рад, – отзывался Немов, слегка потрясая его сильными своими ручищами.

Дмитрий сразу узнал в нем старого знакомого, но не ободрился, а наоборот.

– Здравствуй, Влад, – неуверенно проговорил он, сделав шаг назад. Через секунду, окончательно придя в себя, наконец состряпал приветливую мину и с чувством пожал руку Немова. Без лишних слов они прошли к Василевскому и Беликову.

Здороваясь с ними, Кавалергардов также был немногословен, а в мыслях соображал: «После этого и говори, что мир огромный. Мы ведь с ними в гимназии учились и, как ни странно, я помню многое из тех времен. Вот, например, Василевский Андрей: умен, считался лучшим в классе учеником, ходил в любимчиках. Как только понял свое положение, тут же стал с учителями на «ты», хоть и редкостный подлиза. Васька Беликов самый хитрый из троих, все время пакостил, но почти никогда не попадался, да и в учебе был не из глупых.

А вот язык у него был острее бритвы. Немов же был местным забиякой, и все шишки летели на него. Ведь Василевский отличник, а Беликов умел выкрутиться. Он всегда стойко принимал наказания, и этим мне нравился. А я-то был тем еще… родителей в школу, «хвалебные грамоты», угрозы – чего только не было, сейчас и вспомнить смешно. Но это мои однокашники, и когда-то я был с ними дружен».

Такое он имел соображение и, пожав руки, молвил:

– Вы, как я вижу, времени даром не теряли.

Еще со школы говорили про военку.

Василевский, потирая старинные эполеты отвечал:

– Да, смотри, какие костюмчики выдают. А ты давно в городе?

– Полгода примерно…

– Удивительное дело, и ни слуху ни духу.

– Так что же. Не люблю светиться. Особенно перед вашим братом.

Беликов улыбнулся:

– Что тебя сюда привело в таком случае?

– Тут засветишься хоть куда, – смеялся Немов.

– Меня? – задумавшись, проговорил Кавалергардов.