Дух подростка

Мне было его жаль, больше я его не встречал, но долго помнил о нем, о его взгляде, который был так понятен без слов. Равнодушие порождает в проигнорированных озлобленность. Одиночество будто преследовало меня.

По хозяйству особо я помогать не мог, я был мал, хозяйство было не крупное, моей помощи никто не просил, по мелочам я что-то делал, но чувствовал, что только мешаюсь. Там была чудесная природа. На водонапорной башне жили аисты, целая семья, очень большое гнездо, тихие, изящные и загадочные птицы, за ними было интересно наблюдать.

За домом был огород, за ним поле колючего татарника, необычное и красивое фиолетовое растение манило, но было защищено иглами, им можно было только любоваться, не срывая, красивое, но в то же время устрашающее растение.

Недалеко от нашего дома была река и пляж, большая река с осыпающимся на противоположной стороне глиняным высоким берегом. Мы ходили купаться туда почти каждый день, там я научился плавать, вначале по собачьи, затем полноценно.

Я считаю, что научиться плавать – важно, и от этого может зависеть жизнь, никогда не знаешь, что тебя ждет. Путь на пляж проходил через поле, там всегда было много сеновала, смотрелось восхитительно.

У нас была своя натурально выращенная еда, мы из продуктов покупали только хлеб, крупы, макароны, масло, все остальное у нас было свое. Я никогда не забуду вкус той еды, вкуснее которой, наверное, не поем уже никогда. Природа, чистый воздух, натуральная еда, все было прекрасным.

Но я был слишком подавлен от скуки и одиночества, чтобы это ценить и замечать.

Мои бабушка и дедушка почти всегда занимались хозяйством, я от них отдалялся и гулял недалеко от дома. Чаще всего сидел на возвышенности перед огородом за нашим садом, смотрел на природу, закат или аистов. Соседний дом был заброшен, из нашего дома он был виден из окна на кухне. Он был темным и заросшим растительностью, как-то с дедушкой мы туда зашли, там было на мое удивление чисто и светло, даже остались кое-какие предметы, неплохие сундуки для вещей, мы ради интереса все осмотрели и ушли.

Этот заброшенный дом, обшитый черной смольной кровлей, всегда наводил на меня тревогу, будто там что-то находилось, что-то мрачное и загадочное. Детская восприимчивость и воображение не имеет границ, так жаль, что с возрастом мы все это теряем.

За нашим домом было кладбище, всего метров 600 и ты там. Я часто там гулял пока мои бабушка и дедушка наводили порядок на могилах родственников.