Золото старых богов

Чтоб не спугнуть.

– Говори! – разрешил он.

– Соловей, – сказал Ладовлас. – Сновид велел выдать его тебе.

– Опоздал. – Илья нахмурился. – Я его уже в Киев отвёз. В клетке.

Неужели не знает?

Знает, как оказалось.

– Соловья ты взял, за что хвала тебе! – Ладовлас поклонился в пояс, коснувшись рукой пола. – Сновид себя убил, чтоб в руки татю не даться. Ты Соловья взял. Жаль не наказал…

– Без меня накажут, – усмехнулся Илья. – Великий князь его ярлу Сигурду отдал, а тот – палачу своему, Хравну. Думаю, Соловушка наш теперь кровью плачет, что я его вместе с дружками не зарезал.

Хотя и дружкам его тоже умирать нескучно было. Да ты слыхал, пожалуй.

– Слыхал, – кивнул Ладовлас. – Только зря ты так. Людь тебя теперь как зверя лютого страшится.

– Зато вдругорядь разбойникам помогать поостерегутся.

– А куда им деться? – пожал плечами Ладовлас. – Лихие люди тоже шкуру содрать могут. Но ведь на то они и лихие, а ты – господин. Ты нас оберегать должен.

– Что я должен, а что нет – сам разберусь, – буркнул Илья.

 – Всё сказал, что хотел?

– Да ничего я ещё не сказал, – проворчал лесовик. – Ты ж слова вставить не даёшь… господин.

– Говори.

– Я и говорю: Соловья нет, но родня его осталась.

– И велика ль? – поинтересовался Илья.

– Шестеро сыновей у него, а дочерей – девять, – ответил Ладовлас. – Но один парень и две последние девки малы ещё. Они от третьей жены. А остальные с оружием управляться горазды, что парни, что девки, и злодеи все поголовно! – произнёс он с ожесточением.

 – Кровь лить, люд мучить – им в радость. Отец их сызмала убивать учил. И жену свою, которая третья, тоже учил. Он её украл где-то малой совсем. Говорили: знатного она рода. Сначала наложницей сделал, а как сына родила – женой пред богами. Думаю, она теперь стаей и верховодит: соловичами и теми, кто к ним прибился. Кличут её Смертной Хворью, и не зря.

«А я эту Хворь, считай, в руках держал, – с досадой подумал Илья. – Вот же…»

– Изрядный выводок, – процедил он. – И как их найти, Ладовлас?

– Найти можно.

Я подскажу как, – пообещал лесовик. – Сам не отыщешь.

– Ты знаешь, где они?

– Знаю, кто знает, – ответил Ладовлас. – Те, кто сам в их ватаге. Но эти даже и захотят – не выдадут. Соловичи за такое отмстят страшно. И обидчику, и родне. Так что о том, что я к тебе приходил, – никому, господин! И воям своим скажи. Меня убьют – пусть. Но они весь мой род вырежут. Такая у них повадка.

– Сурово!

– Сказал же: им кровь лить, как нам мёд пить.