Волки Одина

– Может, ты отвернешься хотя бы? – буркнул Серёга.

– По-твоему, я никогда эрекции не видела? – фыркнула Алёна, но всё же повернулась к шкафчику и принялась опорожнять карманы.

Санёк достал мобильник и попытался позвонить. Безуспешно.

– Здесь не ловит, – напомнила Алёна. – Вернись в офис.

– Вам будет интересно, Александр, – сказал Петр, когда Санёк шагнул в холл. – Ваш друг снова появился в базах. А у вас – бонус. Зеленая арка. Полчаса назад.

– Что это значит?

– Это значит, что мы приняли правильное решение, вводя вашего друга в Игру.

– Спасибо. Петр, а как это вообще работает?

– Что именно?

– Ну вот хотя бы бонус этот… Кто его дает?

– Как кто? Стратегия. Непонятно, да?

Санёк помотал головой.

– Естественно, Александр. Признаться, я и сам мало что понимаю. Один умный человек… с третьим уровнем, кстати, сказал мне однажды: «Никто не знает цели Игры.

– А если неправильно?

– Вот-вот! – Петр засмеялся. – Я тоже об этом спросил. И получил ответ: «Если неправильно, тоже. Но не всегда. Только если выживешь!»

– Исчерпывающе, – пробормотал Санёк и взялся за телефон. Соврать родителям, что он уезжает по программе обмена. Оповестить Фёдрыча, что он ушел в Игру, старосту университетского, что уехал на соревнования, и самое главное, Лику – что он ее очень любит, но на связи его не будет самое малое неделю.

Глава пятая

Свободная территория. Бонусы полноценного гражданина Большой Игры

– Господа игроки! Добро пожаловать в Игру! – Кто бы мог подумать, что господин Старший контролер Свободной территории способен улыбаться? Разве что – перед тем как открутить вам голову.

И улыбка эта, что характерно, предназначалась не Алёне, что было бы понятно, вернее, не только Алёне, но и Саньку.

Ему вспомнилось, как их принимали в первый раз, на этом же перроне. «Шаг влево, шаг вправо… Строго по уставу!»

Улыбка исчезла, когда взгляд Старшего контролера уперся в энергично вертевшего головой Серёгу.

– Новичок!

– А?

– Слушай и запоминай, новичок! У нас все просто. Воровать – нельзя. Безобразничать – нельзя. Убивать – нельзя. За это у нас вешают.