Варяжская сталь: Герой. Язычник. Княжья Русь

Молодой хузарин покатился по земле, ударился головой о ствол дерева (к счастью, не сильно), по-кошачьи зашипел от ярости, вскочил на ноги – уже с саблей в руке – и бросился на врага.

– Йонаш! Стой, дурной!

Голос Звана «перехватил» занесенный клинок лучше, чем любой щит.

Значит, это Зван сдернул его с девки.

За такое Йонах любому снес был голову, не раздумывая.

Но Зван – друг, он – свой. И никогда не поступил бы так лишь потому, что захотел овладеть женщиной первым.

Хузарин выругался по-своему и бросил саблю в ножны:

– Ну?!

Зван наклонился, помог женщине подняться.

– Йонаш, это же Любушка…

Лицо Йонаха побледнело, губы затряслись… К счастью, было темно и этого никто не увидел.

Если бы кто-то посмел так поступить с Данкой, как Йонах – с невестой Звана, он бы… он бы…

Хузарин медленно опустился на колени, склонил голову и произнес глухо:

– Прости меня, брат…

– Йонаш! Встань! – Зван отпустил девушку, ухватил Йонаха за плечи, почти силой заставил подняться.

– Д-да… – слегка заикаясь, проговорила девушка. Ёе трясло. Она еще не оправилась от пережитого.

Много позже, после того как Любушку напоили горячим вином (плюнув на осторожность, друзья развели костер) и накормили, в объятьях Звана девушка наконец осознала всю невероятность того, что с ней произошло, и то, что она оказалась в безопасности (а что может быть безопаснее объятий любимого человека, который к тому же – опытный воин, опоясанный гридень самого воеводы Серегея), и немножко расслабилась.

Зван не стал ее огорчать сообщением о смерти отца, о том, кто убил боярина Шишку, и что боярин едва не убил его самого. Успеется. Зато он сказал, что великий князь разрешил ему взять Любушку в жены. А это значит, что так и будет, ведь никто не посмеет противиться воле Святослава.

– Не посмеет, – согласилась Любушка, подразумевая под «никто» своего отца. И не зная, что на землях, подданных Киеву, есть кое-кто сильнее, смелее и опаснее покойного боярина Шишки.

На них напали под утро, когда ранние сумерки смешивают нарождающийся свет с ночными тенями.

Это было время стражи Йонаха, но Зван сказал ему: «Отдыхай», потому что сам спать не собирался… Но когда пригревшаяся Любушка заснула, Зван тоже задремал…

Лесовики пришли на дым. А может – по следу беглянки. Это было не так уж важно.