Лабиринт Минотавра

– Припаркуйте машину за перекрестком, пожалуйста, – показал он рукой. – Будем оформлять лишение прав.

В голове Петра все резко смешалось. Деньги, лицей, магазин, неприятные уколы где-то в груди… все закрутилось в один клубок. Он понимал, что теперь точно никуда не успевает. Вариант оставался только один.

– А если сейчас вам позвонит ваш начальник, отпустите? – сказал Петр чувствуя закипающий в крови адреналин.

Сержант переглянулся с напарником, неопределенно дернул челюстью.

Петр, уверенный, что этого делать нельзя, уже вызывал Растягу.

– Ну, приехал? – весело откликнулся начальник.

– Да, – быстро и бодро ответил Петр, – совсем. Оформляют протокол за двойную сплошную и встречку.

– О ты какой! – засмеялся Растяга.

– Так что сегодня все-таки не получится. Обстоятельство непреодолимой силы.

– Меньше вибрации! У нас с господином Скирониным и на такой случай хороший одноклассник найдется! – начальник отреагировал как Петр и планировал. – Скиронин, будь другом, набери Коринетовича!.

Все это время Петр даже не думал трогаться с места, и обе машины, его и полиции продолжали стоять на перекрестке. Сержант смотрел на Петра, прищурив глаза, но ждал.

– Кирюша, привет! – продолжил голос начальника вперемешку с музыкой, – твоя помощь нужна, очень срочно! Там мой растянулся на лишение прав, вот прямо сейчас надо чтобы отпустили. После сведем баланс. Петя, как зовут инспектора?

Петр быстро глянул на полицейского:

– Еще раз: как вас зовут?

– Сержант Михаил Таврин, – нерешительно ответил он.

– Слышу, жди! – сказал начальник и бросил трубку.

Замигала стрелка налево, и водители сзади забеспокоились. Сержант еще раз показал Петру жестом к тротуару, но тот твердо покачал головой. Напарник сержанта насупился, вылез на перекресток и жезлом махнул остальным машинам, чтобы объезжали.

Стрелка помигала, и снова загорелся полный красный.

Зазвонил телефон у полицейского.

– Сержант Михаил Таврин! – поднял тот трубку и вытянулся, хотя и оставался сидеть.

Ноздри его широкого носа над тяжелой челюстью заходили, он положил трубку и отдал права Петру. Тот взял карточку, оскалился и рванул с места. Ловя ненавидящий взгляд полицейских, он развернулся вокруг их машины и вдавил газ вверх по виадуку.

Мир мигнул.

Петр сидел на пластиковой лошадке-качалке с погрызенным ухом и отломанными колесиками на перекрестке между столиками.