Спящий дракон

Достаточно далеко, чтобы успеть уклониться, но кормчему вдруг стало неспокойно. Так бывает под землей, когда тело горы грозит шевельнуться и обрушить потолок тоннеля. Большеголовый Ульф зажал под мышкой багор и посмотрел на небо. Любой вагар чует близкую опасность. Иные не выживут в горных пещерах. Слепая беспечность хуже, чем ночная слепота. Но сейчас не каменный потолок над ними, а пустой небесный свод. Ни облаков, ни живой твари. Крыланы-рыболовы держатся поближе к берегу, а драконы предпочитают моря более теплые, чем Имирово.

Коль проснулся и поглядел назад, как раз когда зубан пристроился тяпнуть наживку.

– Ульф! – рявкнул он. – Чего сопли жуешь?

Вагар поспешно перехватил багор и ткнул зубана в полосатый бок. Рыба метнулась в сторону, но осталась поблизости.

– Вот нахальная тварь, – пробормотал Ульф. – Коль, влепи в него болт.

– Угу, – усмехнулся помощник кормчего. – А жрать зубана ты будешь?

Ульф промолчал.

Коль щелкнул пальцами и выдохнул магический шарик. Забавлялся. Единственное колдовство, на какое он способен.

И тут, словно услышав его мысли…

– Идет! – истошно завопил младший Олафсон, и команда «Ловца» встрепенулась. Трое бросились приспускать парус, четверо – готовить кожаные лодки-кайки. Коль с двумя помощниками мигом собрал малую катапульту и установил на корме.

Один только Мёльни не сдвинулся с места.

– Идет! Ого-го! – орал сверху Олафсон.

– Слазь! – гаркнул Коль, закладывая руль вправо.

Команда разобралась по местам. Все напряженно глядели назад.

– Вижу, – вдруг сказал Коль. – Верно, малый, нам повезло. Здоровенный акулан!

Голос его звучал напряженно. Даже небольшой хармшарк – страшный противник, а уж этот…

Теперь плавник видели все. Черный узкий серп и белые расходящиеся усы пены. Хармшарк учуял кровь и теперь шел втрое быстрее, чем турская галера. И, стало быть, вшестеро быстрей, чем дракен при попутном ветре.

Коль громко сглотнул слюну. Он боялся. Мёльни знал, что его помощник боится, но знал он и то, что Коль сильнее своего страха. Три четверти вагара против человеческой четвертушки.

Хармшарк нагонял, стремительный, как морской демон. Длинное черное тело, бивень длиной с половину весла. У самой кормы дракена он изогнулся, огромная пасть смахнула наживку – как не было. Плавник лег вправо, а сам господин Имирова моря прошел мимо дракена.