Cпасая рыбу из воды

Не беспокойся, говорят первое погружение может быть… ну… дискомфортным…

Селла толкнула супруга локотком, намекая, что для восьмилетнего ребенка можно было бы подбирать слова и попроще. Она сейчас не могла сдержать умиление, любуясь возбужденным лицом сына. У нее самой сейчас перехватывало дыхание – ее маленький Кевин, становится совсем взрослым!

Трехкомнатная квартира на восемнадцатом этаже сейчас была непривычно ярко освещена, стены оклеены бумажными гирляндами и самосветящимися лентами.

Но «старое поколение» на праздник никто не позвал. И даже не потому, что счастливая пара не хотела видеть своих родителей, а всего лишь потому, что про них просто не подумали. Вот так, не подумали про бабушек и дедушек именинника. Как так? Это просто не честно по отношению к ним.

– Но ты не пугайся, мы все время будем рядом и не позволим чему-то случиться. Возможно будет немного… темно…

Кевин усмехнулся. Да, он ждал этого дня уже два года с нетерпением. Два невыносимо долгих года! Это же цела вечность! Мальчик с трудом сдерживался. Руки уже дрожали от нетерпения, сердце колотилось в горле, хотелось бежать, прыгать, обнимать весь мир и целовать каждого встречного! Вот он тот миг, когда он стал достаточно взрослым, чтобы на полных правах «погрузиться».

– Можно уже попробовать? – Голос Кевина вибрировал от напряжения. Может быть это прозвучало немного капризно и даже вызывающе, но в конце концов, кто посмеет упрекнуть ребенка в его восьмой день рождении в том, что он слишком ждет свой подарок. Единственно важный подарок.

Ричард озадачено посмотрел в лицо супруги, слегка наклонившись вперед. Но девушка молчала, кусая себя за уголок губы.

– Конечно же! Кевин, это твой день, твой праздник, – разрешил отец, но почувствовав некоторое напряжение Селлы наугад добавил, – но сначала вымой руки и лицо! Ты весь измазан в торте!

Обиженный взгляд обжег Ричарда, словно ледяное пламя – и он не винил за это сына, он бы и сам не сильно обрадовался, если бы ему ставили палки в колеса в самый счастливый и ответственный момент детства.

Зеленые носочки сына топая, словно ежик, унеслись в уборную.