Отдай мою жизнь

Вещи она отдала словно из ниоткуда появившейся служанке, дождалась, пока та уйдет, и продолжила, не дожидаясь ответа:

– А ты своими пьяными выходками просто рушишь всю нашу работу, которую мы вели много лет. Всё, что ты делаешь, может легко стать рычагом для его конкурентов и врагов. И если бы твоя мать была жива, она бы наверняка просто выпорола тебя, как сопливого щенка, нагадившего в доме!

– Не смей говорить о моей матери. – сквозь зубы процедил Марат. Тамара обходила его по кругу, а он поворачивался за ней и сверлил её глазами.

Наконец она остановилась.

– Да ты даже отца своего не достоин. Тот трудится с утра до ночи, что бы у тебя было будущее, а ты до сих пор ноешь о потере мамочки, вместо того, что бы помогать ему. Мамочки нет, а ты все за её посмертную юбку цепляешься. И все потому, что некому поплакаться, да? – она говорил тихо и зло, глаза были прищурены, а взгляд ненавидящий.

Марат сам не понял, как это случилось, но он сделал два быстрых шага, схватил ее за горло и резко прижал к стене.

– Заткнись! – процедил он.

И в этот момент лицо Тамары переменилось, глаза расширились, казалось, вот-вот и из них потекут слезы, руки она прижала к груди, нижняя губа задрожала. Но смотрела она уже не на Марата, а куда-то за его спину.

– Марат, ты что творишь?! – услышал он окрик отца за спиной.

Марат стоял спиной к двери, поэтому не слышал и не видел, когда из неё появился отец. Но судя по тому спектаклю, который был сыгран на лице Тамары, отец застал только последнее действие.

Марат отпрянул от Тамары и повернулся к отцу. Он открыл рот, что бы уличить эту стерву в оскорблении покойной матери и в постановке скандала, но не успел. Отец заговорил первым. Тон его был сухим, злым и командным.

– Ты совсем с катушек съехал?! Ты что себе позволяешь?! – Тамара заплакала за спиной Марата. – Ты совсем распоясался и уже не видишь границы дозволенного. А руки распускать, да еще на мою жену, я тебе не позволю…

– Но, отец, она… – попытался Марат оправдаться.

– Заткнись! – рявкнул Костов-старший на отпрыска.

 – С сегодняшнего дня ты вообще лишаешься денег. Ищи работу и зарабатывай сам. Даю тебе полгода, что бы снять квартиру и съехать отсюда.

Станислав Владимирович обогнул сына, взял за руку плачущую Тамару и они вместе ушли. Марат остался стоять на том же месте, пребывая в шоке от того, как эта «секретутка» ловко его уделала. Он и не думал, что она на такое способна – подставить его перед отцом, что бы тот его выгнал. И лишил денег.