Полет сокола

И Ольгу тому же учит. Тут уж ничего не поделаешь – надо.

Но хуже всего – рукоделие. Например, прясть.

Прясть! Ольга поморщилась. Ничего более скучного она и представить себе не могла. А первый спряденный ею колючий моток все равно пришлось пустить по воде – отдать в дар Мокоши, всеобщей матери.

– Мокошь так же сидит в своем облачном терему в небесном Ирии и прядет нити наших жизней, – объяснила матушка. – А потом из них ткет многоцветный ковер Судьбы. Поэтому прядение – ремесло священное. Когда научишься прясть, займешься ткачеством во славу богини…

Но Ольга ни прясть, ни ткать не хочет! Куда интереснее учить буквы, скакать на коне, самой править лодочкой-плоскодонкой и путешествовать по чужим землям.

Княжне хочется узнать все – особенно то, чего нельзя.

– Почему так несправедливо? – пробормотала она, покосившись на варягов. – Мужам – война, странствия! А жены сидят всю жизнь в терему…

– Тебе ли, боярышня, о том сокрушаться? – укоризненно отозвался Сивард. – Понятно, будь ты хоть княгиня, а женский удел тот же.

Но пока князь в военном походе или на полюдье, кто управляет его уделом? Жена – и никто другой!

– Может, я тоже хочу в поход… – проворчала Ольга.

Бразд, молодой варяг, только в прошлом году поступивший на службу к Вардигу, засмеялся:

– Ты никак за князя замуж собралась, дева?

– А за кого ж еще? – гордо вскинула голову Ольга. – Мой прадед Гостомысл Ладогой еще до Рюрика правил! Дед мой Трувор, родич Рюриков и ближник, Изборск и Плесков в княжение от Рюрика получил! Мои родичи в Киеве и Новом Граде правят!

Бразд усмехнулся:

– А не мала ль ты летами для замужества, княгиня великая?

– А вот и нет! – Ольга даже ножкой топнула, осердясь.

 – Да ко мне уже сватался один князь, если хочешь знать!

– Какой такой князь?

– Князь эстов! Арн… как его там…

Бразд покосился на Сиварда. Тот кивнул:

– Было дело. В прошлом году посватался один… чудин. Князь – не князь, а в тех землях человек не последний. Князь Вардиг ему, конечно, дал от ворот поворот.

Сказал: «Не князь ты, а дикарь косматый, вчера силки на рябчиков ставил, а сегодня с такими же космачами из лесу вышел и владыкой себя вообразил!»

Бразд засмеялся. А старший варяг, помолчав, сказал:

– Я думаю, зря князь так с ним обошелся. Арво – человек гордый. И злопамятный…

За спиной Ольги кашлянула Дайна – она уже давно стояла рядом, держа теплый шерстяной плащ: закутать Ольгу, когда та отойдет от костра.

Заботлива Дайна, но в глазах у нее неспокойно.