Тупик

«Хорошо, хоть имя моё помнит»: думает Римма.

И все вокруг суетятся в предвкушении обильного праздничного стола. А пока нужно пережить церковную церемонию. Молодых мамочек отправляют к батюшке, который произносит для них очищающие молитвы. «После родов женщины считаются „нечистыми“, и поэтому без благословения батюшки зайти в церковь не могут. Как у вампиров, наверное, без молитвы у мамочек задымиться и сгорит все тело. Даже в церкви лучше быть мужского пола, чем женского.»: хмуро размышляет Римма.

Про нее все забыли.

И она почувствовала себя обделенной. Сегодня крестили много детей. Храм наполнился разноголосым плачем. Юные крестные матери сами со слезами на глазах были не в силах унять младенцев. Чужой плач был заразен. И скоро в церкви возникла уже эпидемия из тонких голосов и визга.

Римма с одной мокрой ногой в сырой туфле слушала эту какофонию звуков и боролась с желанием заткнуть уши руками. Скорее бы все это закончилось. Эти умиления, когда малыш писает после окунания в серебряную купель.

Эта масса белых одежек с кружевами, куда пытаются засунуть влажного кричащего малыша. Эта духота в церкви.

«Придти бы домой, снять эти ненавистные туфли, уткнуться маме в живот и разрыдаться, высказать ей свои претензии. Ведь к отцу теперь, вообще, не подступиться! Вон он стоит, сияет, рядом с молодой женой, как будто первенца крестит! А ведь это она первенец, она, Римма!».

Но вот молитвы ее были услышаны, ребенка окружили, начали одевать, пеленать, кудахтать над ним, лишь бы дитятко поскорее успокоилось и заснуло.

Римме всучили полотенце с пеленками, велели сложить всё в пакет и, вообще, помогать взрослым, «а то, чего она пришла, углы подпирать?».

Отец к ней даже не подошёл, зато подошла его новая жена, молодая, вроде улыбчивая и приятная. Но Римма запретила себе думать про нее хорошо. Ей казалось это предательством по отношению к матери.

– Спасибо, что пришла, мы тебе очень рады.

– Я к отцу пришла, – буркнула Римма и отвернулась.

Молодая женщина растерянно пожала плечами и поспешила к своему сыну, который от усталости уже спал и даже не реагировал на то, что его одевают.

Выйдя на улицу, Римма тут же замёрзла, но уйти ей было неловко. И она поплелась за толпой на другой конец деревни. Люди шли, рассказывали смешные истории, веселились, фотографировались. У всех было приподнятое настроение.

Небо синее, солнце светит, листья разноцветные, красивые. Это вам не город, воздух чистый, машин мало.