Игра с отражениями (оборванная исповедь)

У меня получалось всё: я удачно шутил, к месту вставлял в разговор стихотворные строки, забавлял парадоксами, цитировал умные философские мысли, а произносимые мною вполне искренние комплименты не были затасканными. В общем, я демонстрировал Диане весь фейерверк, на который был способен, ничего не оставляя про запас. Тут не наблюдалось ни капли от рассудочных действий холодного соблазнителя, который оценивает опытность и силу возможного сопротивления объекта, а затем точно рассчитывает необходимые и достаточные для обольщения средства.

Несмотря на то, что передо мною была едва достигшая восемнадцати лет девчонка, я, уже достаточно опытный двадцатишестилетний мужчина, бросился завоёвывать её с азартом впервые влюблённого сопляка.

Ну и что? У Дианы не было ни малейшего шанса устоять? Ерунда! Если бы всякое пылкое старание влюблённого достигало своей цели, в мире не было бы такого понятия, как безответная любовь.

Надо заметить, на свете есть немало идиотов, которых всерьёз возмущает то обстоятельство, что порывы их собственной страсти, их титанические усилия, доходящие даже до жертвенности, не находят соответствующего отклика у избранницы.

Дескать если я тут из кожи вон готов, – то, как можно посметь этого не оценить и не ответить тем же?

А вот можно!

Видимо, в глубине природы каждой женщины также вмонтированы выработанные эволюцией алгоритмы, которые подталкивают её ответить не на всякий, а на какой-то определённый стиль ухаживания. Короче, схемы должны быть совместимыми.

Могло ведь так получиться, что я со своими потугами на интеллектуализм показался бы Диане претенциозным занудой.

Да запросто! Я неоднократно встречал таких женщин. Моё поведение вызывало у них недоумение. Наверное, им требовалось что-то иное, чего во мне не было…

А вот с Дианой мы совпали.

* * *

В ту пору я работал заведующим юридическим сектором одного из филиалов крупной консалтинговой фирмы и был главным кандидатом на то, чтобы возглавить сам филиал. Другие претенденты вряд ли были менее достойны этого места, но у меня было одно неоспоримое преимущество, – мой отец состоял в числе учредителей данного почтенного заведения, являлся одним из его директоров и владельцем значительной доли уставного капитала.

Я, в общем-то, оправдывал надежды своего родителя, неплохо вёл порученные мне дела, однако фанатом-работоголиком точно не был. К юриспруденции у меня наблюдались явные способности, и этот род деятельности давался мне легко, но совсем не увлекал.