Мертвое Небо

Солнечный луч ударил прямо в глаза светлорожденному,– и он очнулся. И, не раздумывая, полоснул мечом.

Чародей взвизгнул, взмахнул руками… и пропал.

Серебряный браслет лежал у ног светлорожденного. Данил поднял его и надел на запястье.

– Благодарю тебя, Богиня! – проговорил Рудж.

Голос его дрожал.

– Да,– сказал Данил.– Это было неприятно. И обед наш сожрал, паршивец! Парды-то, умницы, сразу его раскусили. Как ты разбил чары?

– Не я, Морская богиня,– Рудж коснулся серьги.– Мы, Владыки морей, хранимы от магии.

– Я понимаю,– он покачал головой.– Алчущий из Тайдуана. Ну и ну!

– Почему из Тайдуана?

– Акцент. Седлай-ка парда, Мореход. Пообедаем мы где-нибудь в другом месте. Чует мое сердце – отсюда надо убираться!

* * *

– Ушли четыре часа назад,– доложил следопыт и отшатнулся от зарычавшего на него пса.

– Придержи зверя, ты, крыса! – рявкнул на ловчего Дорманож. И следопыту: – Продолжай!

– Ушли быстро, но не поспешно.

– Кто-то их спугнул? – предположил брат Хар.

– Кто? – Дорманож, Брат-Хранитель Риганского монастыря, глядел на выжженное пятно посреди поляны. Вчерашнее кострище. Сегодня огня не разводили.

Брат Хар промолчал. Дорманожу это понравилось. Не знаешь – не болтай. Толковый юноша. Среди нынешних Слуг Величайшего таких совсем мало. «Богу угодно, когда дух веселится!» Но от вина и дурмана человек тупеет. А угодна ли Величайшему тупость?

– Жаль, смиренник удрал,– сокрушенно пробормотал брат Опос, неизменный спутник и правая рука Дорманожа.

– Был бы ты повнимательней, не удрал бы,– напомнил Брат-Хранитель.

– Просто у нас скверные псы,– буркнул Опос.– Надо было взять гурамца!

– Там следа не было, вовсе не было,– обиженно пробормотал ловчий.

– Это как же? – язвительно спросил Опос.

– А я почем знаю? Не было, и все.

– У этих – есть,– отрезал Дорманож.– Спускай собак. Надо догнать их раньше, чем они доберутся до тракта.

Следопыт вскарабкался на круп парда позади монаха и изо всех сил вцепился в луку седла. Нельзя сказать, что он был рад такой верховой езде. Ловчий спустил свору и погнал парда через кустарник. Стая синих ящериц, поднятых собаками, кинулась врассыпную. Но у людей была добыча поинтереснее. Самая интересная добыча для человека – его сородич!

Охотничий пард Дорманожа с легкостью поспевал за собаками.