Зигзаги судьбы

Издатель, он же владелец газеты, внимательно выслушал его предложение и сообщил, что считает за честь иметь в штате редакции такого специалиста, как Фрэнк, хотя в настоящее время – Аллах свидетель – не может платить ему зарплату. Но зато все материалы, которые Фрэнк будет присылать, будут печататься на первой странице, а читатели – и в этом нет никакого сомнения – всегда будут ждать их с нетерпением. И как только Фрэнк появится в Нью-Йорке и посетит редакцию, ему сразу же выдадут все необходимые документы.

Иными словами, результат был тот же, но впечатление от разговоров разным.

Затем Фрэнк позвонил в штаб-квартиру фонда, попросил, чтобы ему заказали билет с учетом остановки в Каире на неделю, и поехал в редакцию вашингтонской газеты, которая располагалась в конце Вирджиния-авеню в трехкомнатной квартире многоэтажного дома.

Самого издателя на месте не оказалось, но он оставил соответствующее распоряжение, и секретарша, полная дама в возрасте, впечатала имя Фрэнка в подготовленный бланк. Еще через десять минут Фрэнк вышел из помещения редакции на улицу штатным корреспондентом газеты.

После нескольких дней он уточнил в фонде дату отлета, зашел в ближайшее от своей гостиницы туристическое бюро и купил пятидневный тур в Каир и Луксор.

Ровно через неделю, как и договаривались, он позвонил Лэмсу и получил приглашение на ужин в следующий вечер. Лэмс был настолько любезен, что сам заехал за ним и отвез в один из пригородных ресторанов Джорджтауна.

Лэмс сам выбрал столик у дальней стены, подальше от оркестра, и после замечания Фрэнка подошедшему официанту, что у него нет особых предпочтений к пище и что-нибудь с хорошим и сочным куском мяса его вполне устроит, сам сделал заказ. Фрэнк обратил внимание на то, что Лэмс говорил названия блюд на французском языке без запинки, почти не заглядывая в меню.

– Жили во Франции? – полюбопытствовал Фрэнк.

– В том числе, – ответил Лэмс. – Сначала усовершенствовал свой французский в Париже, а потом испортил его во французской Африке. У арабистов, насколько я знаю, положение еще хуже. В некоторых арабских странах нет или почти нет арабского языка. Столько всяких местных включений, например берберских или еще каких-нибудь, что вы вдруг обнаруживаете, что совершенно не знаете языка.

– Это точно, – согласился Фрэнк.