Ловцы душ

– Вот, татя и прохвоста поймали, народ обманывал!

– Как дурил?

– Кости подменивал!

– Где они?

– Они… эм… ааа…

Толпа растерялась.

– Вот здесь! – Корт потряс костями в кувшинчике. – Тут два набора, один для честной игры, другой для плутовства.

Сотник повернулся, звякнул, подстраиваясь под тело, чешуйчатый панцирь, синие усы встопорщились, глаза метнули молнии из-под мохнатых бровей.

– Ты кто такой?

– Я? Корт, охотник, сегодня в ваш город пришёл, решил серебра подзаработать.

– Там стоят отроки, а не гридни. Давай их сюда.

– Кого, кости? Как скажешь, надеюсь, посадник меня наградит.

– Наградит, не переживай, – сотник рывком сцапал у него из рук кувшин и распорядился: – Плута в холодную, остальным разойтись, нечего тут бузу устраивать!

Вои уволокли Рябчика, оставшиеся игроки стали разочарованно расходиться.

– Эге-гей, люди, где тут мёда хмельного подают, я тут человек новый, а серебро выиграл, надо промотать, а то удачи не будет.

Многие зеваки охотно отозвались на предложение Корта. А что, муж правильный, ловок оказался, а не кичится, уважение проявил, повеселить всех решил.

Попойка удалась на славу. На постоялый двор Якуба Корт явился уже ночью, комнату брать не стал, а договорился с хозяином и устроился прямо возле двери, на лавке, подложив мешок с пожитками под голову.

Пробуждение было не таким приятным, как хотелось бы, и не из-за головной боли и позывов мочевого пузыря.

Кто-то немилосердно ткнул охотника в грудь, отчего тот разлепил один глаз. Над ним стояли вои: один гридень, судя по возрасту и бороде, и трое отроков с пушком на губах. В кольчугах, без шлемов, только с копьями и оружием в ножнах, болтающихся на поясах, – не на смотрины пришли, а по приказу.

– Собирайся живо, – сказал гридень, – к посаднику пойдёшь.

– Да мне собраться – только подпоясаться, – ответил Корт.

– Ну ты и шутник, – гридень хохотнул, отроки последовали его примеру, – давай, пошевеливайся! – посуровел он и подтолкнул Корта к выходу.

Корта сопровождали с особыми почестями – аж четверо воев, если и не как воеводу, то как уважаемого купца.