Ловцы душ

Другие – тоже.

И переглянулись, удивляясь, что послушались.

А чему тут удивляться. Дедкову слову нечисть да звери повинуются. Хотя с людьми иной раз посложнее.

Но не с этими. Только с теми, в ком страха нет.

– Где мед? – прикрикнул Дедко на Мальца, а когда тот подал наставнику кружку, ведун спросил уже вполне добродушно: – А теперь говори, почто нужен я князю изборскому.

– Коли знаешь, кто послал, так должен знать и почему! – недовольно проговорил старший из воев. – Мне неведомо.

– А что ж тебе ведомо?

– А взять тебя да привести пред княжьи очи!

– Взять меня не в твоей власти.

Вои мрачно молчали. Видно, прикидывали, как Дедку обратать да при этом самим не сгинуть.

– Что ж, у вашего-то своих ведунов нет? – спросил Дедко.

– Есть, как не быть, – ответил старший. – Да куда им до твоей славы.

Подольстился.

– Ладно, – смягчился Дедко. – Приду. Только уж сам. А вы ступайте. Да передайте князю вашему: благодарность должна быть по труду моему.

– А может, с нами поедешь? – не сдавался воин.

– Поехали с нами, мудрый человек! – вступил второй. – Повозку те наймем. Поить-кормить будем от пуза. Поехали!

– Не человек я – ведун! – отрезал Дедко. – Пешком приду. Сам! Князя своего обнадежьте. Да не бойтесь, ничё дурного он вам не содеет. Простит. А теперь – вон. Пока не передумал!

И три богатыря поспешно покинули избу. Бежали оружные – от старика.

«А я – под лавку!» – устыдился Малец.

– Чё ж от тебя надо изборскому князю? – чуть погодя спросил ученик. – Ведаешь?

– Да все то ж, – Дедко махнул рукой. – Небось, сгубить кого замыслил тишком. Потому и за мной послал, дальним. Свои-то могут и проболтаться.

– А вдруг он тебя убьет? – испугался Малец. – Чтоб ты не проговорился…

– Не убьет, – уверенно ответил Дедко. – Тех, кто при жизни за Кромку ходит, людишки и по смерти боятся. Думают: такого убьешь, а он после смерти из Нави выйдет и отомстит.

– Правда, что ли?

– Может, и правда, может, и нет, – пожал плечами Дедко.

– Конные? – удивился Малец. – А где ж их лошадки?

– В сельце оставили, – сказал Дедко. – Ко мне – побоялись. Вдруг испорчу? Вои, малой, лошадей своих пуще женок любят.

* * *

Бурый поглядел на черный комок на дне глиняной плошки. Глянешь: кусок смолы, не более.