Черный Стрелок

Интуитивно он чувствовал: надо, чтобы она говорила. Так будет легче.

– Осенью.

– А какой грузовик?

– «Вольво». Такой, междугородний… Трак. Алеша, Алеша, что же теперь? Как же… – она подняла к нему зареванное лицо. – Как же я теперь? Как мне плохо, Алеша!

– Знаешь, – сказал он осторожно. – Мои родители тоже погибли. И тоже грузовик. Фура.

– Ой! – она даже плакать перестала. – Когда?

– Давно уже. Восемь лет назад.

– И как же ты?..

– Живу, как видишь.

Алексей погладил ее по стриженой головке, Алена схватила его руку, прижалась к ладони горячей щекой.

– Алеша! – прошептала она. – Я никому не верю, только тебе. Не уходи, ладно?

– Не уйду, – он улыбнулся ласково. – Ты поплачь, легче будет.

– Нет. Не легче. Господи, за что же меня так? Алеша, расскажи мне что-нибудь…

– Что тебе рассказать?

– Про Англию, про себя расскажи… Все равно.

– Ну, конечно.

Примерно через полчаса в комнату постучали. Секретарь Хлебалова. На блюдце – стакан с водой и две таблетки.

– Это что? – спросил Алексей.

– Успокоительное.

– Спасибо, Фома.

– Что-нибудь нужно еще?

– Пока ничего, – Шелехов взял стакан. – На, Аленушка, выпей.

Через полчаса девушка уснула. Свернулась на краешке огромной кровати, положив головенку на Алешино колено. Вздрагивала во сне.

Алексей сидел неподвижно, чтобы ее не потревожить. За окнами было совсем темно. Три часа ночи.

«Сначала мать, потом отец, – думал он. – Бедная девочка.

Благополучная Англия, шумная беспорядочная Москва, кровавое пятно на груди Николая Яблокова, «дяди Коли», Курган, Никитск, Алена… Слишком много для одного дня.

Алексей очень осторожно снял голову Алены с колена, передвинул девушку ближе к стене, сам лег рядом и мгновенно уснул.

Глава шестая

Николай Григорьевич Хлебалов был в бешенстве.

– Ты же говорил: все схвачено! – прорычал он в трубку.

– Говорил, – согласился Медведев. – Кто ж знал, что эти суки из Центробанка нас так кинут? Москва, она и есть Москва. Кто же знал?

– Ты, Руслан! Ты должен был знать! Из-за тебя я в полной жопе, понял?

– Ладно, Николай, не кипятись. Я тоже потерял. Причем больше тебя. Не ссы, Коля! Мы еще поборемся! У меня в Москве тоже не последние люди на подсосе сидят. Разморозим!

– Когда, твою мать?

– Ну… не сразу.