У.е. Откровенный роман

– Па-ачему? – удивился он, сдерживая свой вспыльчивый темперамент, но уже выходя из чистого московского произношения в кавказский акцент.

– Потому что это моя страна, всех вы тут не купите.

– А не купим – перестреляем… – усмехнулся он, достал из ящика стола «глок» и стал стрелять, явно беря меня на арапа – пули за моей спиной уходили в карельскую березу стенной обшивки буквально ореолом вокруг моей головы. – Ну? – говорил он после каждого выстрела. – Ва-азьмешь деньги? Лучше вазьми!

Но я знал, что Кожлаев – мастер спорта по стрельбе, и не дрогнул.

– Сука! – сказал Кожлаев, расстреляв всю обойму. – Неужели правда закроешь мне казино?

– Закрою.

– И бабки не возьмешь?

– Не возьму.

– Ну и мудак! Увезите его…

Он был абсолютно прав. От того, что у него стало на два казино меньше, казна не пополнилась ни центом, дефолт не был отсрочен ни на день и моя зарплата не увеличилась даже на рубль!

…Но теперь вместо Кожлаева меня в том же парадном холле дачи хозяйски встретил Рыжий – Банников Виктор Васильевич.

Рыжий сидел у камина в домашних тапочках на босу ногу и в банном халате, подкладывал в огонь сухие березовые поленья и ворошил их изящной кочергой из витого чугуна.

– Так! – сказал он. – Ну, колись: зачем ты к ней пришел?

С бандитами, как с бабами, тоже важно сразу взять верный тон.

– У нас любовь.

Рыжий невольно улыбнулся, представив, наверное, меня рядом с этой Полиной.

– Ну-ну… – сказал он. – И где же она?

– Она… – Я тянул время, соображая: Рыжий живет на даче Кожлаева, ездит в его «мерсе», пользуется его телефоном и уже как минимум две недели держит под наблюдением квартиру Полины – потому меня и сгребли там его молодчики. А Полина съехала с квартиры, бросив даже свою мебель.

– Ну? – нетерпеливо сказал Рыжий. – Где твоя любовь?

– Тебя нужно спросить, – сделал я первый ход. – Это ты ее спугнул?

Он хмыкнул:

– Хм, соображаешь… И все-таки какие у тебя с ней дела?

Так, сказал я себе, спокойно. С этим парнем нужно быть начеку. Кожлаев поручил мне найти Полину, и врачи сказали, что он проживет двадцать четыре часа. Но стоило мне позвонить Рыжему и сказать, что я эту Полину нашел, как Кожлаев умер.