У.е. Откровенный роман

– Виктор, это Чернобыльский. Я ее нашел. Пришли за нами машину на Малую Бронную к дому номер 32. Желательно «мерседес»…

– Почему? – удивился он.

– Мы на других не ездим, – сказал я и дал отбой.

Десять штук были у меня в кармане. А эти суки в моей конторе сказали, что я спекся, выдохся и вообще «пора на заслуженный отдых, Павел Андреевич»…

Я выждал, пока дверь подъезда снова открылась – из него выскочил еще один утренний спортсмен в беговых кроссовках. Просто не район, а какой-то оздоровительный центр! Попридержав за ним дверь, я шагнул в подъезд.

– Кто там? – послышался удивленный голос за дверью.

– ФСБ. Откройте.

– Кто-кто?

– Полина, это ФСБ, откройте! – И я подставил к глазку свое удостоверение.

С минуту она изучала мое удостоверение через глазок. (Кстати, глазок на нормальной высоте – метр шестьдесят, а не под ее высоченный рост, и, следовательно, это не ее квартира, а съемная…) Потом из-за двери послышалось:

– А в чем дело?

Я убрал удостоверение и, зная, что она, все еще вынужденно пригнувшись к глазку, смотрит на меня, улыбнулся как можно душевнее.

– Не беспокойтесь, Полина, у нас к вам нет никаких претензий. Но нам очень нужна ваша помощь. Очень нужна, ей-богу…

Люди ужасно любят, когда в их помощи нуждаются органы власти. Особенно силовые.

Она приоткрыла дверь на цепочке, и ее зеленые глаза оказались надо мной, а расслабленное полусонное тепло ее грудок – почти рядом.

– Что вы хотите? – спросила она сверху вниз.

Самое честное было сказать: я хочу тебя, и немедленно. Но я, конечно, этого не сказал.

– Полина, я не могу через дверь. Возьмите мое удостоверение, посмотрите его еще раз. Я подполковник ФСБ Чернобыльский Павел Андреевич. Вы нас очень обяжете, если разрешите мне войти на минутку…

Две старушки соседки с нижнего этажа торчали под моей дверью, а жэковский слесарь ковырялся в моем замке.

– В чем дело? – удивился я, выйдя из лифта и увидев эту компанию.

– А воду надо выключать, когда из дома уходишь, – сказала одна старушка.

– Залил нас совсем, – добавила вторая.

Я похолодел. Неужели я в таком маразме, что не выключил воду, уходя из дома? Но разве я принимал утром душ? Я ведь даже и бриться-то уже дня три как не бреюсь…

– Минуту! – Я отодвинул слесаря, открыл дверь и вошел в квартиру.