Лобное место. Роман с будущим

Неудовлетворенная толпа остается, но милиционер-регулировщик на площади настойчиво просит разойтись. В некоторых местах ожесточенные перебранки: «А что вы их защищаете?!» Молодой человек в очках предлагает: «Давайте поговорим, разберемся», но партнеров для дискуссии не находит. Муж в тенниске энергично говорит толстеющей супруге в выходном платье: «Заткнись, если ничего не понимаешь!» Она пыталась присоединиться к хору осуждающих.

Народ начал расходиться (пробило четверть первого), но тут свистки, беготня милиции, регулировщиков – из Спасских ворот вылетают две черные «Чайки» и по проходу шириной метров восемь между двумя толпами проскакивают на улицу Куйбышева мимо ГУМа.

В окошках занавески. Во второй машине сзади вполоборота человек в шляпе, а рядом с ним выглядывает через стекло правой дверцы физиономия, напоминающая Дубчека, который, как будет объявлено через два дня (во вторник), входил в делегацию ЧССР на переговорах в Москве.

Вслед за этим у зеленой «Волги» между Лобным местом и собором Василия Блаженного собирается новая толпа.

У иностранца пытаются засветить пленку, он протестует по-русски с сильным акцентом. Машина трогается. Протесты смолкают. Толпа медленно рассредотачивается.

Слова: «Чехи протестуют, что флаг поломали». На вопрос: «А что такое?» – пожимают плечами.

На Спасской башне часы показывают 12.22.

В 16.00 25 августа Би-би-си в передаче новостей (на английском языке) упомянуло сообщение Рейтер из Москвы о задержании группы интеллигенции-демонстрантов против советского вмешательства в Чехословакии.

Через два дня одна из радиостанций, вещавших на СССР, сообщила, что среди задержанных – Павел Литвинов и Лариса Богораз, жена сидящего писателя Юлия Даниэля. Задержанным будет предъявлено обвинение в нарушении «общественного порядка».

– Ну, и что? – спросил я, дочитав этот текст. – Где ты это взял?

– Скачал в Интернете. – Акимов отпил свое пиво. – Как, по-твоему, это можно снять?

– В каком смысле?

Он разозлился:

– Не в смысле, а в кино! Я тебя как сценариста спрашиваю: это похоже на сценарий?

– Конечно, похоже.

Тут все визуально. А ты собираешься это снимать? Сейчас? Но кто ж тебе даст?

– Сейчас, конечно, не дадут, – он усмехнулся, – но лет через двадцать…

– То есть? – От изумления я даже захлопал ресницами. – Ты собираешься это снимать через двадцать лет и потому сегодня ночью стырил светло-голубую «Волгу»?

– Тепло… – улыбнулся Акимов. – Все-таки ты больше еврей, чем тебе кажется.