Лобное место. Роман с будущим

Я подошел, сел рядом.

– Серега, ты спишь?

Он не реагировал.

Я поставил на землю два бумажных стаканчика, взял бутылку и разлил по ним остаток коньяка. Знакомое бульканье тут же разбудило Сергея, он поднял козырек бейсболки и удивленно скосил глаза в мою сторону.

– А, это ты…

Я протянул ему хачапури:

– Держи. Ешь, пока горячее.

Сергей потянул носом запах хачапури, крякнул и сел в траве.

Судя по его румяному виду, я предположил, что он проспал минут сорок и почти протрезвел.

Мы съели по хачапури, допили коньяк и стали закусывать яблоками.

– О’кей, зачем ты засветил эту кассету?

Акимов посмотрел на меня:

– Я не…

– Не трынди! – перебил я. – На этой кассете был снят разговор Варуева с призраком. И ты, я видел, наехал на него трансфокатором до предела. Кто это был? Та самая девка?

Где-то вдали, за деревьями и мосфильмовским забором мягко шуршал поток машин по улице Косыгина. Акимов дожевал яблоко, взял пустую бутылку армянского и отжал из нее в свой стакан последние капли.

– Ладно, – сказал он. – Забожись, что никому!

Я приставил к верхним зубам ноготь большого пальца и резко отдернул в сторону:

– Гад буду!

Акимов усмехнулся:

– Нет. Тремя лысыми.

Клясться тремя лысыми – старинная вгиковская традиция, уходящая корнями в доисторическую эпоху Михаила Ромма, Сергея Герасимова и Льва Кулешова.

– Клянусь Говорухиным, Миндадзе и Мессерером, – сказал я.

Акимов удовлетворенно хмыкнул, потом глубоко вздохнул.

– Ладно, тебе скажу, но ты все равно не поверишь.

– Ну?

– Это Горбаневская.

– Кто-кто? – переспросил я.

– Наталья Горбаневская. Знаешь такую?

Я скорчил пренебрежительную гримасу. Наталья Горбаневская, известная антисоветчица и диссидентка семидесятых годов, еще в прошлом году умерла в Париже, и я хорошо помнил, как наша либеральная пресса писала, что на ее похоронах были послы Польши и Чехии, а от России не было никого. Чтобы спустя год после смерти она слонялась по мосфильмовским павильонам с солдатским одеялом на плечах? Конечно, Акимову давно пора бросать пить, иначе…

– Я же сказал: ты не поверишь, – перебил мои мысли Сергей.

– Если ты допился до Горбаневской, то бежать уже нужно в другое место.

– Ага… – Сергей пожевал губами и внимательно посмотрел на бетонную Царевну-лягушку. – Но там я уже был.

– Где ты был?

– У «Ганнушкина». Мы же там психушку снимали, ну – палату Бездомного.