Волхвы. Исторический спецназ. Тайные коды русских наличников

– Вот спасибо, как раз вовремя, а то Муля скоро потратит весь наш скромный бюджет.

Дама изобразила оскал, похожий на улыбку.

– Даже если она очень постарается, теперь ей будет это не под силу. Вы теперь один из богатейших людей мира.

Иван засмеялся.

– Не прибедняйтесь. До Вас мне далеко.

Дама прикрыла глаза, немного помолчала, прежде чем продолжить.

– Как вы понимаете, я пришла к Вам не только для того, чтобы вручить Вам кредитную карту, хотя не скрою, это было мне очень интересно.

– Конечно.

Дама поцокала языком.

– Зря Вы так. И, тем не менее, что Вы собираетесь делать, – она помолчала, подбирая слово, – с этим старинным документом?

– Думаю, лучше обсудить этот вопрос не со мной, а с представителями официальных властей нашей страны.

Иван указал на полковника.

– Знакомьтесь, Владимир Андреевич Симеонов.

– Очень приятно, баронесса Карнелия фон Беленберг- Госслер.

Иван пояснил.

– Речь идет о фотокопии с акта приемки-передачи тридцати шести бочек с золотыми слитками, клейменными личной печатью императора Наполеона 1, который был подписан в мае 1831 года. Там стоят подписи графа Воронцова-Дашкова и прапрадеда Карнелии, его кажется звали также – Корнелиуса фон Беленберга-Госслера.

– Да, это традиция. Называть внуков именем деда. Когда родилась я, девочка, имя немного поменяли.

– Опустим подробности. Вернемся к золоту.

Иван посмотрел на полковника.

– Да, речь идет о том самом доме, в двух шагах от сюда. Где мы с Вами…

– А теперь я попрошу опустить подробности, – попросила Карнелия, – камеры фиксировали все ваши действия.

Полковник внимательно выслушал обоих и очень оживился.

– А можно поинтересоваться о каком золоте идет речь? Я что-то не совсем понял?

– Речь идет о золоте, которое Наполеон снял с куполов Москвы в 1812 году, – разъяснил Иван, как будто речь шла о пенсии его деда, – а граф Воронцов-Дашков и фон Беленберг-Госслер, прапрадед этой милейшей дамы вывезли его из России.

– Очень интересная информация, особенно накануне встречи нашего и вашего президента.

– Думаю, банку совершенно не нужно поднимать эту историю? Да, баронесса? – спросил Иван у Карнелии.