Приказано выжить. Первый курс

Со всех сторон раздавались священные слова: «Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик, вступая в ряды Вооруженных Сил, принимаю Присягу и торжественно клянусь…»

После принятия присяги мы прошли перед начальником училища и нашими родителями торжественным маршем, стуча сапогами по асфальту, словно пытаясь его проломить. Пролетела команда «Равнение направо». Мы дружно повернули головы в сторону трибуны, где нам отдавал честь генерал-майор Колосков. Мы вцепились в автоматы до белизны ладоней.

Построив и проинструктировав в пятый раз, как вести себя при встрече с патрулями, строго-настрого запретив нам пить алкоголь, взводные раздали увольнительные, и мы счастливыми лысыми стрижами выпорхнули на улицу. После долгого затворничества хотелось петь и кричать.

Моих родителей на присяге не было. Люди они были военные, и отпуск им давался согласно графику, который они проводили в родной Н…ой области. О праздничном столе позаботились соседи, после чего я час лежал на кровати и не двигался, как объевшийся после зимней спячки медведь.

Опешив от свободы, переоделся в гражданку, собрал своих близких друзей и полетел в модное кафе «Молочка», которое находилось в Олимпийской деревне. Отплясав до ночи, мы, счастливые, вернулись домой, где все-таки выпили несколько бутылок вина. Увольнение быстрым приятным ветерком пролетело мимо, оставив приятную щемящую боль по гражданке.

III

После присяги мы стали полноценными военнослужащими со всеми вытекающими последствиями и ответственностью.

Мы учили новый лексикон армии, начинали «шарить», не «тормозить». Не «залазить в залупу» и не «залетать». Кафе заменили на «чипок», нашей тюрьмой была «губа», а мы все стали «бойцами».

– Петрушко, «снимись с ручника»! – говорит сержант, смотря на то, как долго я наматываю портянки.

Каждое утро начиналось с нездорового крика старшины 6 роты Ваграбельского ? «Рота подъем!», который, казалось, хотел нас напугать или оглушить. Сержанты шипят, как гуси, и торопят одеваться, чтобы как можно быстрее выгнать нас на плац, потому что последний взвод, вышедший на зарядку, потом дрючили.