Исправляем прошлое. Надежно. С гарантией

И сейчас ему до цели своего путешествия было ну буквально рукой подать. Ведь дом, возле которого он стоял, и был тем домом, ради которого приехал. Опытный глаз даже выбрал максимально выгодный ракурс, с которого бы сейчас сфотографировал окошко.

Потом прикинул, откуда была сделана фотография, из-за которой сорвался с места. Получалось очень странно, человек должен был сидеть на заборе. «Ну, может быть из-за этого и не получился кадр. Как тут усидишь на штакетнике?»

Иван не удержался и машинально потянулся за фотоаппаратом, вспомнил, что его у него нет.

Но…

«Что же за день такой сегодня! Может правда загадочный Потапыч мне все объяснит!»

Он открыл калитку и вошел во двор большого дома, который имел два крыла с четырьмя рядами окон. Они были совершенно одинаковыми. Вот только наличник на окошко в правом крыле был один особенный.

Внутрь дома можно было попасть через крыльцо с перилами и тремя деревянными ступеньками. Когда Иван наступил на них, они заскрипели, исполняя гимн входящему.

– Ау, – крикнул Иван, – можно войти?

Толкнул дверь. Она тоже скрипнула. Но уже металлическими петлями и протяжно. Иван вошел в полутемные сени, и его взгляд уперся в огромное зеркало, в котором увидел фигуру в полный рост.

При беглом взгляде ему показалось, что из глубины зеркала на него смотрит он, но чуть моложе. На голове у того, смотрящего на него были длинные волосы, как в студенческие годы, на лице не было морщин, скулы тоньше, плечи шире, осанка. А на ногах были смешные красные кеды. Когда выходил из дома, он это точно помнил, что надел черные полувоенные берцы. Поэтому откуда взялись кеды, было не понятно. Иван опустил голову, чтобы удостоверится и понял, что да, действительно у него на ногах берцы.

На щеке у того в зеркале был шрам.

Иван вздрогнул и поднял руку. Потрогал щеку. В зеркале руку никто не поднял.

Тут впору было бы окончательно испугаться, но дверь в комнату, по левой стороне, открылась и оттуда в сени ворвался яркий свет вместе с разноголосым детским смехом.