Время не лечит

Думаю, теоретических знаний у меня было уже достаточно, иногда в спорах, мои друзья и подруги студентки переходили на латынь, уже на автомате говоря или споря о медицине, после употребления спирта не наружно, тем более, я был тогда очень любознателен, имел отличную память и зная уже пару языков, мог впитать ещё даже не один язык, и эта их латынь вперемежку со спиртом, матом и дымом сигарет и перекрёстными вопросами и ответами в диалогах проникала в мой мозг подневольно и свободно, когда спирт расширял сознание и сосуды, а дым сигарет приятно одурманивал мозг вводя в память новые слова на латыни…

Будущие молодые медики спорили о симптомах, диагнозах, анализах, методах диагностики, в тонкостях этой диагностики, курсе лечения, и многом другом, и долго пребывая в этой среде, подневольно становишься тоже «доктором», вот только чисто медицинской практики у меня естественно не было никакой, вернее была, но однобокая, с уклоном в физиологию и половые отношения между М и Ж, и это от них, от будущих медиков я впервые услышал это странное и даже страшное для моего тогда идеалистического слуха и восприятия отношений слово, – трахаться.

Вот такой у них был цинизм в описании этого светлого и возвышенного для меня тогда чувства. Точнее самого наивысшего акта близости с девушкой.

Цинизм медиков неистребим, и если, вы с ними плотно и долго общаетесь, то вы незаметно для себя пропитываетесь цинизмом как формалином, и это плата за вашу дружбу, и это неизбежно и, если бы вас водили на занятия в анатомичку, кто знает, как бы вы выражались после вскрытия грудины или копошения в черепной коробке или пищеварительном тракте, и возможно, что это уже происходило бы с вами в стационаре психиатрического отделения.

Так вот, оказывается, чем я занимался, это и были мои практические первые занятия и близкое знакомство с анатомией и строением женского организма.

И спасибо моим сестрам милосердия и будущим докторшам, бескорыстным и добрым подругам, что научили многому без пошлости и привили любовь к познанию и изучению медицины, а точнее психологии и физиологии до сих пор так никем и не изученного существа, – женщины. Надеюсь, что наши совместные немедицинские телесные и душевные опыты обогатили практикой не только меня.