Последний бой Звездного Ангела

Старый князь, опекаемый помощниками, купленными за хорошие барыш из ставки хана, подслеповатый и немощный, был обузой государству и невольным его предателем. Недовольство правлением зрело давно и охватило патриотично настроенную верхушку элиту Империи. Лишь крайняя старость верховного Князя сдерживала многих от участия в возникшем заговоре. Все ждали кончины князя, как единственного выхода из кровавого тупика. Но неимоверное долголетие князя, поддерживаемое специально приготовленными снадобьями врагов государства, лишало народ последний надежды.

Как будто, предвидя начало лихих перемен, старый князь мирно скончался в своей постели. Так и оставшись в памяти народа, как Яромил – миротворец. Его бездействие и излишнее потакание натиску противника в старости, навсегда стерло из памяти народа героическое прошлое его молодости, когда блистательной полководческое искусство молодого Князя заставляло бояться и уважать молодую и быстро растущую Империю.

Новый князь – сын Любомир, от княгини Лады, жены Князя от первого брака, вступил на престол через два дня после кончины. Поспешность передачи власти была обусловлена возникшей ситуацией. Последовавшие аресты и казни врагов, скрывавшихся под предательскими личинами, добавили ему авторитета и уважения среди простого люда. На последний месяц весны был объявлен Собор, на котором всенародно предполагалось решить возникшие проблемы.

Собор проходил в предместьях столицы, в крепости доверенного княжеского родственника. Сотни вождей, руководителей родов со свитами, съехались в крепость Свирепого волка. Еще до начала Собора, перед отъездом, родовые вожди оставили поручения готовиться к войне, чтобы по возращению быть готовыми к выступлению в поход.

Молодой Князь, уверенный широкоплечий здоровяк с русыми волосами до плеч и короткой стриженной бородкой клинышком, возглавив Собор, не стал тянуть быка за рога, отбросив в сторону установленный ритуал и традиции, начал собрание с долгожданной фразы: « Мы выступаем в поход». Дальнейшие слова были заглушены громогласным воем ликования. У седых ветеранов текли слёзы, надежда умереть с оружием в руках на поле брани, обрела реальность. Народ ликовал и обнимался.