Тени кафе «Домино»

Богатая.

– Награда.

– Кто же это?

Манцев прочел гравировку: «т. Глузману А.Г. от Центророзыска». Ишь ты, богато живут младшие братья. Так, чем порадуете?

– Не знаю, порадую или огорчу.

– Не тяни.

– В гостинице «Метрополь», я уж по-старому, извините, в сорок второй номер, трехкомнатный люкс, заселился Юрий Саблин.

– Да что ты!

– Именно так.

– И не побоялся?

– У него от Троцкого охранная грамота. Более того, он в форме командарма.

– И звание ему пожаловал тоже Лев Давидович?

– Именно.

– Плохого?

– Именно.

– А хорошее?

– Опытный шофер, бывший унтер-офицер Первого петроградского бронедивизиона.

– Ну, там все водители унтерами были. Чем вы все-таки озабочены?

– В Москве есть разветвленное эсеровское подполье, кроме того, один из охранников, Благой, анархо-синдикалист.

– Конечно, Саблина надо за Украину расстрелять, как его бывшего дружка Сахарова. Непонятно, как Троцкий быстро изменил свое мнение о нём. Помните, он писал, что Сахаров и Саблин опасные максималисты, и нате вам. Это хорошо, что Юрочка в Москву приехал. Прекрасно. Если с умом организовать оперативную комбинацию, можно получить хорошие результаты. Юрочка Саблин замечательная личность…

– Вы словно восхищаетесь им.

– Именно. Обожаю авантюристов, нет в моем рациональном характере хотя бы капли авантюризма, не судьба, поэтому я канцелярский служащий, а Саблин – легендарный командарм.

– Полноте, ваши оперативные игры дадут сто очков любому графу Калиостро.

– Милый мой, – Манцев встал, зашагал по кабинету, – одно дело в кабинете планы придумывать, а совсем другое – экспромт, азарт.

Устоявшиеся связи у Саблина в Москве есть. Это писатели и поэты. Он же сын известнейшего книгоиздателя-мецената. Значит, кафе «Домино».

– Они все нами плотно перекрыты.

– Не только вами. Я не берусь судить, кого там больше – представителей богемы или наших секретных сотрудников.

– У Саблина жестокий роман, – усмехнулся Глузман.

– Вот это интересно. Кто?

– Ленская Ольга Павловна. Двадцать восемь лет. Закончила гимназию. Дочь биржевика Ленского. Одна из девиц Марии Анисимовой, псевдоним «Люба», кличка Баронесса.

– Вот и хорошо. Пусть Баронесса создаст влюбленным все условия.

– Я немедленно с ней встречусь.