Зайди ко мне, когда уснёшь

Лёня, проходя мимо, глянув на них, подумал:

– «Разве могут быть на морде крыс эмоции?»

Может, он и не подумал, а произнёс это вслух, потому что самая толстая, сидящая на задних лапах и держащая в передних надкусанное яблоко, неожиданно ответила:

– Могут!

– Это у тебя морда, а у нас лицо, – добавила та, что была чуть поменьше, с порванным ухом, и вся крысиная ватага взревела от восторга. Лёня посмотрел, чем бы можно было запустить в этих негодяев, но, не найдя ничего, просто погрозил кулаком.

– Катись, катись, хамло! – серая братия свистела и улюлюкала.

Лёня недоумевал, какие-то грызуны, словно рыночные торговки обзывают его хамлом.

Дед сидел на лавочке и терпеливо дожидался его. Седые волосы и борода были ухожены. Глаза с хитринкой выдавали в нём разумного человека, пожалуй, пока единственного такого среди всего того сумасшествия окружающего мира. Серая жилетка с карманом и пристёгнутой цепочкой от хронометра и белоснежная рубаха. Всем видом старик чем-то напоминал купца начала прошлого столетия, ну, разве что, вместо хромовых сапог на ногах были обыкновенные сандалии.

На месте поклажи, на его плече, оказалась небольшая птица, видом напоминавшая сову, которая дремала и никак не обращала внимания на постороннего. Лёня едва перевёл дыхание, как старик уже начал разговор:

– Нельзя так, молодой человек, терзать свой организм. Бег в таком состоянии просто губителен. Присаживайтесь рядом.

– Нет, спасибо. А какое у меня состояние?

– Сердечко-то на пределе работает. Так и рвётся из груди.

Раз, и устанет когда-нибудь. Давление скачет, ой-ёй.

– Пить меньше надо, да? – Леонид был готов к нравоучениям.

Старец хмыкнул, но промолчал. Достал из жилетки хронометр и посмотрел на циферблат. Хоть солнца не было видно на небе, но старинная вещь ярко сияла золочёными боками и без него.

– Ишь, тикают! – дед приложил часы к своему уху и, кажется, зажмурился от удовольствия.

– Вы не могли бы сказать, как я сюда попал? И вообще, где я? – прервал его Лёня.

Старик внимательно посмотрел на него и выдержал паузу, как бы в раздумьях, стоит ли говорить.

– Леонид, можно я перейду на «ты»?

– Конечно. Вы даже знаете, как меня зовут?

– Понимаешь, долго объяснять. Здесь многие бывают. Кто-то раньше, кто-то позже. Считай, что ты на границе между мирами. Физическим и духовным.

– Этого ещё не хватало. Уж никак не мог подумать, что духовный мир такой…

– Какой?

– Мрачный и грязный. А ещё, эти… говорящие крысы и безголовые водители.