Зачем я здесь

Простые такие, ничего особенного, школа – как школа, только, наверное, закрытого типа, вроде наших интернатов, где дети учатся в отрыве от родителей. Мы проходим по белой лестнице, украшенной зеленым ковром, и оказываемся в кабинете. Директриса (или учительница, неважно), встает из-за стола:

– Данар-сарит! Счастлива видеть! Аниэль, доброго здравия!

– Миланэшш, и вам не хворать, – отвечает он и умолкает, достает синюю фиговину, вроде флешки и подает ей. Надо полагать, все, касающееся меня они уже обсудили заранее по какой-нибудь дальней связи.

У них, конечно, что-нибудь такое есть, а как же, вон у директрисы нечто, напоминающее ноут на столе. Сейчас она мое досье себе перепишет, ага.

Даааа…а директриса (или, может вовсе не директриса, а кастелянша какая-нибудь) выглядит презабавно. Простой балахон оливкового цвета с поясом, длинные рукава, закрытый ворот, а личико! Это ж просто обалдеть! Глазищи как плошки, ротик крошечный, носик пуговкой. О, сообразила! Это ж анимешный тип, там все девчонки такие.

Но ведь она не девчонка? Или девчонка? Если она не директриса вовсе? Должна быть солидная дама. А эта мне до плеча не достанет, а ведь у меня не баскетбольный рост.

Щелк! Закончилась бюрократия. У нас бы так быстро. Данар-сарит церемонно прощается, что-то тихонько шепчет в крошечное ушко. Как только он покидает кабинет, дамочка набирает на своем компе-не компе, не то запрос, не то вызов. Я стою столбом. Хоть бы присесть пригласила. А ладно, постою, не развалюсь. Хамкой себя выставлять не собираюсь, просить чего-нибудь – тем более.

Щелк! Дверь открывается (ох уж эти щелчки, что за идиотская система, у меня каждый такой звук отдается болью в голове) и входит еще одна особа, ну точь– в -точь как эта, такое же платье-балахон, такое же аниме-личико без возраста.

– Наринь, отведи Аниэль в ее комнату, покажи, как работает душ и поставь в комм ознакомительную. Через два анда проводишь ее в трапезную, когда там никого не будет. Не стоит так сразу пугать наших девочек. А завтра в класс, сегодня им объяснят про задание чрезвычайной важности от Минбеза.

Они у нас умненькие и три заповеди неллы: «повиновение. понимание, прилежание», не только помнят, но и умеют применять.

Дааа… комнатка крошечная, шаг вперед-два шага назад. Стол с компом, откидная кровать, дверь в санузел, стул и тумбочка. О, счастье, в тумбочке оказывается белье. Они его все-таки носят, а то эта чертова коричневая хламида, оказывается, довольно жесткая, кожу дерет.