Гонец Ее Величества Короны

Поэтому я и спрашиваю тебя, куда они отправились?

– Я не могу знать, – отозвался Ноэль, переваривая полученную информацию. – У каждого своего пути, но я могу сказать лишь то, что всем им поручено найти именно вас, а значит, они этого сделать не смогут, так как я обнаружил вас первым.

– Как знать, – ответил его собеседник, поднимаясь со своего места, – возможно и к ним удача будет столь благосклонна, что они смогут застичь меня по тем адресам.

Он потянулся за сумкой, висевшей на спинке его кресла и Ноэль ахнул, увидев то, что окружает его запястье.

– Павший, – произнес он и тут же опустился на колени, стараясь, стать одним из предметов мебели, наполнявших эту комнату. Превратиться во что-нибудь совершенно другое, лишь бы не привлекать к себе лишнего внимания, того, кто сокрыт под плащом.

Ноэль восседал на спине лошади мерно ступающей по отрезку пути, расположенному где-то между окраинами Торбурга и Золотым мостом, попеременно то хватаясь за спину сидящего перед собой, страшась упасть с лошади, то резко убирая руки, понимая, что страх быть разбитым о камни, расположенные внизу не сравним с тем, что он прикасается к самой Смерти принадлежащей Короне.

Здесь автор хочет сделать небольшое отступления, пытаясь увязать воедино все события приведшие к этому событию и описать то, что случилось с героем в промежутке между моментом, когда главный герой находился в комнате и тем, в котором он вовсю бросается из крайности в крайность, зажатый между страхом упасть и страхом ухватиться за единственную спасительную соломинку.

Павшие, как выразился Ноэль, принадлежали к особому отряду, Руки Карающей еще при кровожадном правителе Истоме Первом Не родившемся, сумевшим объединить под своими знаменами все человеческое население под высоким небом, что как он помнил произошло еще до восхода эльфов, которым предшествовал спуск гномов, которые к тому моменту сумели пережить каменный дождь, случившийся в те времена, когда люди только начали становиться людьми, переставая быть теми, кем они были до того момента.

Так вот именно Истом Не родившийся и сделал из людей людей, простите мне такую тавтологию, но по-другому попросту и быть не может. Ему первому пришло в голову разделить все виды на отдельных существ и подчинить себе самых слабых из них, для того, чтобы в будущем…

Впрочем, сейчас речь не об этом.