Вечность душ. Исправление ошибок

Спустя несколько минут монотонного дыхания и ощущения земли под подошвами Сол решился, открыл глаза и пошёл.

Сразу же навстречу ему выскочила стена здания, к которой он предусмотрительно отвернулся от девушки-консультанта. Так как уверенности в правильности своих действий ему было не занимать, то шаг получился широким и быстрым, и первое, что бросилось в глаза – это монолитность этой стены, без малейших трещинок и вмятин. А следом пришло видение чистого, голубого неба и широко улыбающийся физиономии Джода, который стоял немного согнувшись.

– Ну вот, считай и поздоровался с тобой город. Как думаешь? – Проговорил Джод, протягивая Солу руку. – Да не только поздоровался, а дал пять, причем со всей силы, как говорили в моей юности.

Перчатка на руке Джода оказалась мягкой и эластичной, а пальцы, спрятанные под ней крепкими. Сола сразу же подняло в воздух, и он уверенно опустился на свои ноги. На лбу была ссадина, нос кровоточил, но в целом настроение немного улучшилось.

– Я уже не стану заострять внимание на лекции, произнесённой тобой, по поводу твоего выдающегося учителя, коим и являюсь. Но она была весьма познавательна, несмотря на свою краткость.

Джод ещё раз улыбнулся, но улыбнулся лишь глазами, губы его были плотно сжаты и Солу почудилось, что за плотно сжатыми губами зубы перемалывают друг друга. Но это ощущение быстро прошло и Сол двинулся за учителем, который умело резал толпу пополам.

Они то поднимались под небольшую горку, то шли по спуску в низ. Джод не задумываясь выбирал направление, а Сол то и дело спотыкался и останавливался чтобы перевести дух, затем мгновенно находил спину учителя и следовал за ней, не отрывая глаз и не глядя по сторонам. Он постоянно ловил себя на мысли, что смог бы справиться и сам, адрес гостиницы он превосходно помнил, если что, можно было бы и спросить, но с Джодом ему почему-то было спокойнее, он сам пока не мог дать себе разумного объяснения, но человек, который шёл впереди внушал гораздо большее уважение и страх, чем все те, которые встречались Солу до него.

Улочки то расширялись, то сжимались до неприличных размеров, поворачивали и петляли между домами, тонули в тени растении и выставляли напоказ свою наготу, отдыхали от шумной толпы прохожих и заполнялись ею. То тут, то там над ними вспыхивали вывески всевозможных заведений.