Остров. Дорога за смертью

Хотя потом, он и вовсе начинал забывать, что все еще гонит за собой искры и начинал упражняться дальше в мастерстве, которое просто притягивало его и завораживало одновременно.

Под его взглядом огонь приобретал совсем уж необычные формы, он то расцветал невиданным до этого им цветком, то превращался в животное, от которого даже Илу было не по себе, но Тан радовался как мальчишка, чувствуя, что пустота, находящаяся все это время внутри начинает заполняться чем-то ликующим. Чем-то, что рвалось наружу с невероятной силой.

– Ты бы поаккуратнее с этим, – завистливо бормотал Ил, закусывая губу – Не думаю, что кто-то из старейшин похвалит тебя за такое рвение, а возможно и наоборот. – он замолчал и с силой втянул воздух, после чего шумно выпустил и проговорил – Ты чувствуешь?

– Что я должен почувствовать? – задал вопрос Тан, делая вид что он принюхивается.

На самом деле он уже последний час шел и впитывал в себя необычный и резкий запах серы, которая вперемешку с гарью пробиралась внутрь и оседала там, неся за собой необычное послевкусие, которое щекотало нервы, требуя от него чего-то необъяснимого.

– Дом, – мечтательно произнес Ил. – Родной запах, который ни с чем нельзя спутать.

– Ну это для тебя он родной, – чихнул Тан, претворяясь, что ему это неприятно – Я в гостях. Слушай. – спустя какое-то время произнес он, вглядываясь в даль – Мы идем уже достаточно давно и уже должна была наступить ночь, но я все понять не могу почему солнце повисло впереди нас и никак не решается опуститься за край? Хотя я полностью уверен: – произнес он в задумчивости – что оно должно опускаться где-то у нас за спинами.

– А ты разве еще не понял? – ликующе воскликнул Ил, так ожесточенно двигаясь, что с него свалилось одеяло, чуть не потянув его самого за собой. – Это Ватра. – произнес он пытаясь удержаться на и без того широкой спине адрома.

– Ватра? – Тан встал как вкопанный, глядя на невероятное зрелище, которое простиралось перед ним.

Он только теперь смог понять, что темная гора, к которой они держали путь еще днем, ночью превратилась в пылающий факел, освещающий все вокруг на несколько переходов, превращая ночь своим необычным цветом, в багровые сумерки.

– Ватра, – задумчиво произнес он, смакуя это слово.

Теперь и он почувствовал что-то родственное, о чем так распинался перед ним Ил.