Остров. Дорога за смертью

Поэтому сон, в который клонило Ила означал и то, что ему самому придется остановиться и прекратить занятия для отдыха.

– Может быть тебе еще дать мази? – спросил он у Ила, когда его зевок, кажется напугал самих животных, плетущихся медленно у самой воды и тоже требующих отдыха.

Он протянул ему небольшую колбу, в которой находилась густая кашица из ядовитого плюща, который рос на огромном дереве в центре поляны племени Земли. Оказалось, что если помазать этой мазью себе за ушами, то сон на некоторое время перестает донимать, а тело наоборот чувствует неслыханную бодрость.

– На одной Ариме не проживешь, – ответил Ил указывая на банку в руках Тана. – Когда-нибудь сон станет настолько сильным, что даже она перестанет помогать, но тогда он завладеет твоим телом не на один день и никто не способен будет вернуть тебя в мир, пока сон не отпустит.

– Странно, – произнес Тан убирая склянку обратно в сумку – а я не нашел в книге никаких предостережений, когда читал об этой мази.

– Не все там есть, – возразил Ил устало опускаясь на песок – племя Огня не доверяет знаниям, которые указаны в книгах.

– Да? – удивился Тан – И как же вы тогда учитесь.

– Все наши знания – это мудрость! – воскликнул Ил водя руками перед носом – Мудрость, которая передается от дедов к отцам, а от них к детям. Можно верить только словам человека, который тебя воспитал, все остальное сказки. – наконец его руки успокоились, а позади Тана возникло небольшое свечение, легкий огненный силуэт похожий на паутину преградил дальнейший путь адромам и те стали разворачиваться к воде, разнося по округе свой рев – Тем более они так быстро горят, что и прочесть не успеваешь.

Тан еще какое-то время посмотрел на сонно жующего товарища и направился в сторону животных, которые устроили необычное лежбище.

Их передние лапы подогнулись, а длинные шеи вытянувшись как можно дальше опустили головы на волны, где они покачиваясь шумно вбирали в себя воду.

Он аккуратно забрался по лесенке на теле вожака и устроился на его широком кончике хвоста, который тот устремил высоко вверх, свернув и сделав похожим на морду. Вместе с прямыми задними лапами, эта картина напоминала стоящего и что-то разглядывающего в высоте адрома, с опущенным в воду хвостом.