Место преступления – Москва

У меня посылка и письмо. Думаю, техника. Коробка больно тяжелая. Конечно, конечно. Коля дал мне адрес. Еду. Не беспокойтесь. Можете не причесываться. Я позвоню и передам вам прямо в дверь.

Гена повесил трубку.

Вышел, сел в машину.

– Ну, поехали.

Мужчина поднялся на постели, взял с тумбочки сигареты, зажег спичку.

– Кто это?

– От мужа посылка.

– Круглосуточная поставка фирменных вещей?

– Не злись, Сережа. – Алла поцеловала его в щеку. – У нас еще полчасика есть.

В прихожей зазвенел звонок.

Повозилась с запорами, раскрыла дверь.

В квартиру ворвались двое.

Телефон звякнул, словно подавился, и Корнеев сразу же снял трубку.

– Корнеев, – хрипло со сна сказал он. – Так. Так. Давай машину.

В комнате, где еще вещи сохранили следы насилия, сидела рыдающая Алла и растерянный Сергей.

– Так, – сказал Корнеев, оценивая обстановку, – так. Вы кто?

– Я, – Сергей засуетился, начал доставать из пиджака документы, – я, собственно.

Игорь взял удостоверение, прочел, посмотрел сочувственно на него, усмехнулся и сказал:

– Ну, кто вы, собственно, догадаться нетрудно, поэтому я не буду спрашивать, почему вы находитесь здесь. Как было дело? Только кратко и точно. Ведь мы вроде как коллеги.

– Я лежал в постели. И вдруг услышал какой-то шорох в коридоре. Встал. В комнату ворвался человек с пистолетом.

– Как он выглядел?

– Высокий, на лице маска, одет в темный халат…

– Какой халат? – удивился Корнеев.

– В них мастера на производстве ходят.

– Что вы еще заметили?

– У одного бандита был пистолет ТТ, у второго – ПМ.

– Точно?

– В этом я разбираюсь. Потом, – Сергей закурил, подумал, – один говорил с грузинским акцентом.

– Они называли друг друга по имени?

– Нет. Они связали нас, потом накалили утюг докрасна и сказали Алле: или она отдаст деньги и ценности, или они ее прогладят.

– Дурак! Сволочь! Дурак! Это ты все! Ты! – давясь слезами, закричала Алла.

– Что случилось, в чем вы его обвиняете?

– Гражданин Степанов сказал ей, чтобы она сама отдала ценности, не дожидаясь, пока грабители ее пытать начнут, – вмешался в разговор оперуполномоченный из райотдела.

– Это он… он! – на неестественно высокой ноте продолжала кричать женщина. – Паразит!

– Много они взяли? – спросил Корнеев.

– Двадцать тысяч рублей, пять тысяч чеками, драгоценности, две видеосистемы, – пояснил оперативник.