Колыбель мироздания: Падение

Так что, не серчайте. Покуда Вы не искупите свою вину, перед госпожой, в дом пустить не могу.

– Вот как. Но я даже не понимаю, на что она вообще злится.

– Я точно не уверена… Но в тот день, перед вашим уходом на охоту, госпожа очень радовалась и даже впервые попросила меня выбрать для неё роскошное платье для вечера. Говорила, что сегодня будет памятная дата. Но вы видимо не только забыли, что это был особенный и важный день, но и уехали от неё на несколько дней, на охоту. Естественно, она расстроилась. И как женщина, я её очень понимаю.

– Несколько дней назад, когда я ушел на охоту?

– Видать Вы сами должны знать, что это был за день. Ведь он был для неё особенным, поскольку, госпожа назвала его памятной датой.

Аскольд ломал голову, пытаясь понять, что же это был за день такой. И вдруг его словно осенило, после чего, он спросил:

– Скажи, а куда ушла Жанетт?

– Не знаю специально ли, но она сказала, что и видеть вас не хочет, но при этом упомянула, что будет в оранжерее.

Аскольд, улыбнувшись спросил еще раз:

– А что делает Эвилин? С ней всё хорошо?

– Да, с госпожой всё хорошо.

– Ути, моё солнышко. Соскучилась значит по папочке, – сказал Аскольд, обрадовавшись услышанному – Спасибо, как всегда, выручила, обожаю тебя, Нана, – и отправился обходить особняк.

А мисс Хадсон, стоя за дверью, услышав его слова, раздражённо пробубнила себе под нос.

– Ну вот опять он назвал меня Наной, сколько раз я ему говорила, не называть меня так! – Но потом, меланхолично улыбнувшись вспоминала. – И всё-таки, это приятно, что он иногда забывается и относиться ко мне, как к матери. Ведь он стал звать меня этим именем, поскольку его отец, запрещал называть прислугу мамой, но он не растерялся и взамен слову, «мама» стал называть, меня Наной. Видать, с тех пор, это имя стало для меня вторым и будет со мной до самого конца.

***

Взобравшись на балкон оранжереи, Аскольд увидел за стеклянной стеной свою жену, лежащую на подвесной скамье и сосредоточенно читавшую небольшую книжку. И хоть прошло совсем немного времени, но она уже успела распустить причёску и сменить наряд на более свободное и легкое синее платье. Окружённая сотнями цветов, она лежала, раскачивая босую ногу и поглаживала кончиками пальцев травку.