Уступи мне свою жену. Сборник

– Горячая такая, да? – хватая за тонкое Наташино запястье, шепнул шоумен Ромашин. – Отойдем, поболтаем? Не бойся, не обижу.

Собравшись с силами, Наташа развернулась и понеслась прочь от опасности, исходившей от Ромашина. Ей было стыдно за свое поведение, хотелось спрятаться где-то и побыть одной. Стыдно перед мужем за то, что он все видел. Как она теперь будет смотреть ему в глаза? Она услышала, как Макс засмеялся и погнался за ней, преследуя ее, как зайца.

– Да стой же ты! – Ромашин настиг ее и, развернув лицом к себе, прижал к своему телу.

– Я же сказал, что не обижу. Куда ты сорвалась, глупенькая? – босс мужа говорил нежным и обволакивающим тоном, от которого захотелось спать.

Наташа почувствовала себя в безопасности. Она перестала оказывать сопротивление и пошла с ним за сцену. Шоумен бережно усадил ее на стульчик и погладил по растрепанным волосам. Наташа ощущала липкую сырость между ног, и от этого ей было противно.

И трусов нет. Где же трусы? Ну конечно, остались на сцене.

– Ну что, как ты себя чувствуешь, малышка? – участливо спросил Ромашин.

– Я хочу уйти, Максим Анатольевич.

– Ты что! Веселье только начинается.

– Мне стыдно перед всеми, – она низко опустила голову. – Я не хотела, это все Харитон. Он с моим мужем вместе работает…

– Да кому ты нужна? Думаешь, тут одни святоши собрались? Запомни мои слова, милая: к утру не останется ни одной не оттраханной бабы здесь.

– Мне нужно поговорить с мужем. Он, наверное, меня ищет.

– Позже поговоришь. Пусть пока остынет, а то дров наломаете. А пока давай немного развлечемся.

– Как развлечемся? – испуганно прошептала Наташа.

– Сейчас покажу, – с этими словами Макс встал со стула, расстегнул ширинку и вывалил на всеобщее обозрение свое хозяйство.

Наташа никак не отреагировала на действие похотливого шоумена, сидела, уставившись в одну точку.

– Открой ротик, ам!

– Вы что себе позволяете? – ахнула она.

– Давай бери. Ты же не хочешь, чтобы твой муж остался без работы?

Как только Наташа открыла рот, он тут же впихнул в него свое сокровище и принялся двигать бедрами туда-сюда. Член его постепенно набухал, и вот уже огромная кривая дубина безжалостно трахает ее рот.