Белый Клинок

Сначала ей надо придать форму, а уж потом сделать твердой. Но ты справишься, иначе Натро не оставил бы тебя с нами, с Народом. Должно быть, воля Повелителя Судеб – над тобой! Мы не оставляем чужих!

– Что же вы делаете с ними? – скрывая волнение спросил Несмех.– Что стало с моряками, плывшими со мной? Их убили?

– Их отдали Лону! – Гладкая кожа на лбу Чока собралась в вертикальную складку над переносицей.– Да, так! Иначе они привели бы сюда много кораблей. И много жизней пришлось бы отнять. Да. Лоно принимает всех!

– Но они рассказали бы о вашей силе! – пылко воскликнул Несмех.

– Ты прожил так много, а говоришь как дитя! – возразил молодой Хозяин Реки.– Сила хороша внутри. Сделай ее видимой – и она притянет другую силу: как падаль притягивает ургов[5 - Ург – летающий ящер.]! Нет корабля – нет вестей – нет действия! Лоно принимает все!

– А тот, что победил в бою? – спросил Несмех.– Ему обещали свободу! Он тоже мертв?

Чок нахмурился, но потом лицо его снова стало невозмутимым.

– Прощаю тебя! – сказал он.– Ты думаешь как дитя и не хотел оскорбить. Он получил свою свободу. После того, как племя получило его плоть.

– Не понял тебя! Плоть?

– Слепой, победивший зрячего,– необыкновенен! Так сказал Благородный Учитель. Плоть его должна стать частью нашего народа. Говорят, прежде такое случалось часто. Теперь – нет.

– Все же я не понял тебя! – признался Несмех.– Как это – взять плоть? Съесть, что ли?

Чок засмеялся.

– Ты и впрямь – как дитя! – проговорил он.– Съесть! Одна из женщин Народа была с ним – вот и все. Одна из наших женщин. Теперь твой приятель – тоже часть Народа. Хотя сейчас он уже вернулся к берегу Соленых Вод. Вернулся, но будет молчать. Все ли я сказал?

Несмех кивнул. Некоторое время они отдыхали молча. Потом конгай спросил:

– Чок! Четверо, о которых ты говоришь, кто это?

– Оу! Ты задал важный вопрос. Четверо породили Вечное Лоно. Слушай меня: вот они – Твердь, Струя, Ветер и Пламя! Овладей Четырьмя – и Вечное Лоно не сможет тебя взять.

– Ты так чтишь эту девушку?

Чок шевельнул губами, собираясь что-то сказать, но передумал и просто кивнул. А потом вдруг оказался на ногах.